Конечно, и побочные ветви далеко не бедствовали, но в родовую казну поступало куда больше финансов.

— Ты готов расстаться с половиной своих заводов? — напрямую спросил я Алексея.

— Если это будет нужно для возвращения Андрея, то готов. — даже не задумываясь ответил Алексей.

Подобный вопрос я задавал каждому из присутствующих, и лишь дядь Володя сказал, что не готов пойти на такой шаг. Что это крайние меры, которых можно избежать. Или если перевести, то у первой побочной ветви были средства, чтобы закрыть воровство брата и без крайних мер.

— А вы самого Андрея спросили об этом? Узнали, хочет ли он снова вернуться в род? Или принимали решение у него за спиной?

Судя по тому, как все начали старательно отводить взгляд, ничего подобного и в помине не было. Просто они вот так решили и плевать, что об этом думает сам Андрей.

— Мы разговаривали с ним несколько раз на эту тему. — слово взял Олег.

Они с Андреем в детстве были очень дружны и поэтому не удивительно, что именно его заслали к брату.

— И единственный человек, который сможет вернуть Андрея в род — это ты, Виктор. Только ты являешься для брата непререкаемым авторитетом.

— Именно поэтому он хотел сместить меня и всячески пытался подгадить? Панин далеко не первый его проступок и каждому из вас это прекрасно известно. Но, как ты сказал, только я способен вернуть Андрея. И считаю, что это собрание совершенно бессмысленно. Мы просто тратим впустую время, хотя могли заняться чем-нибудь полезным. Вот я, например, два дня безвылазно просидел в библиотеке. Узнал много нового и уже смог применить новые знания на практике. Вам тоже настоятельно рекомендую заняться этим. Вы ведь уже должны понять, что кто-то объявил охоту на людей Добрыниных?

— Это вторая причина, по которой мы попросили собрать совет. Но сперва, давай решим с Андреем. Собираешься его возвращать, или можно даже не надеяться? — сказал дядь Володя.

— Надеяться стоит всегда, в насколько бы дерьмовой ситуации ты ни был. Вполне возможно, что и я смогу когда-нибудь простить брата и не ставить наши взаимоотношения во вред роду. А именно так я сейчас вижу раскол, случившийся между нами. Причём я выступаю на плохой стороне. А вот вы все находитесь на стороне брата. На хорошей. Пусть это и звучит довольно по-детски, но именно так всё выглядит. И я не против поговорить с Андреем. Вполне возможно, даже воспользоваться его услугами, как наёмного работника. Всё же никто не сможет также эффективно работать с нашими зарубежными активами. Но принимать его обратно в род не стану. Слово было сказано и оно не рушимо. А теперь, что за второй вопрос вы хотели обсудить?