А пока я строил планы на светлое будущее, мой меч продолжал рассекать воздух в считанных сантиметрах от кожи противника. Я атаковал как заведенный робот, на автомате, просчитывая все на подсознательном уровне. Впрочем, и соперник оказался не так прост.

Ни один удар не достиг цели, ни одной контратаки не последовало, а самое паршивое — я ни на миллиметр не приблизился к благоприятному исходу. Получается, сейчас мы на равных. Мои атаки не превышают его защиту. Значит, пора сдуть пыль со шкатулки под названием «приемчики чуть посерьезней».

Прямо на ходу, я напрочь изменил стиль боя. Вместо того, чтобы атаковать поочередно с разных сторон и под разными углами, я сконцентрировался на широких размахах, чтобы заставить противника отступать.

В обычном состоянии я вряд ли смог бы провернуть такое, но с накинутыми снами — запросто. Я превратился в смерч черной стали, где след от клинка рассекался новым взмахом. Не пытаясь бороться с инерцией, я обратил ее в свою пользу.

Каждое движение закручивало меня вокруг своей оси все сильнее, но это лишь становилось началом новой атаки. И это начало работать, когда противник принялся отступать, двигаясь по кругу от меня.

Я начал замечать его движения. Это не совсем скорость, скорее какие-то рывки, позволяющие ему за короткое время кардинально изменить положение тела. Как будто выключателем щелкают в нужный момент, переводя из одного состояния в другое.

Но когда ему пришлось уклоняться дальше от размашистых атак, то тело уходило не мгновенно, а словно бы расплывалось в пространстве. Значит, у его способности есть предел. А значит, пора переходить к следующей фазе.

Я накинул еще и Врума, ослабив притяжение настолько, насколько вообще был способен. Мое тело стало легким словно перышко. Ну, если найти перышко весом с полста кило. Но по ощущениям да, именно перышко.

Противник стал перемещаться медленнее, а я, наоборот, ускорился. И наш бесконечный танец перешел в заключительную фазу. Адреналин затопил разум, блокируя боль от рвущихся связок. Накинутый сон все компенсирует, боль будет адской, но потом. А сейчас — момент истины.

Крутанувшись на пятке, я нанес два удара подряд с минимальным интервалом, затем резкий выпад ножнами, и я почти достал его. Противник дважды разорвал дистанцию и в конце сместился в сторону.

И в этот момент меч, находящийся в отведенной назад руке, сорвался в голову врага, подчиняясь его личному вектору гравитации. Я использовал изменение на предмете, которого коснулся, практически в тот же момент, как усиление Врума перестало действовать на мое тело.