Обедали мы в столовой, расположенной в подвальном помещении соседнего здания. Отстояв привычную очередь к раздаче, я взял себе чего моя душа пожелала и компот. Иначе какая же это столовая? Без сваренных с сахаром сухофруктов она называлась бы кафе, либо рестораном.

За столиком, где я начал поглощать калории и компот, сидело ещё два человека, секретарша Марина и водитель Антон. Съел я всё быстро и, смакуя охлажденный напиток из сухофруктов, присоединился к общей беседе.

— Ты как? Мы тебя в пятницу потеряли, думали, что тебя метеоритом пришибло. Ты его видел?

Основной темой разговоров сейчас был метеорит. Неожиданно для себя я тоже активно поучаствовал в этой дискуссии, пошутив на тему причин того, отчего я ничего не видел, нигде не привлекался и никак не виноват. К концу беседы меня огорошила Марина:

— А ты хорошо выглядишь, лучше, чем обычно. Ты как-то странно болеешь.

Глаженная рубашка не так уж и редко появлялась на мне, так что одет я как всегда. Судя по отражению с утра в зеркале — внешность моя тоже никак не поменялась. Сложив в уме два и два, я понял, что дело в поднявшейсяХаризме . Ещё с утра я обратил внимание на то, как люди стали чуть лучше ко мне относиться. Встретив у подъезда соседку, которую напугал вчера вечером, я с удивлением тогда от неё услышал, как она со мной поздоровалась и смущенно поинтересовалась, как меня зовут. Оказывается, она и этого не знала. Мы с ней вспомнили мой вчерашний топор, но уже с улыбками. Весь этот обмен любезностями стал для меня необычным, раньше она просто проходила с кислой миной мимо меня.

Сейчас, за разговором в столовой, я обратил внимание, что моя речь стала более спокойной, приветливой и связной. Я стал сразу находить правильные слова, чтобы заинтересовать человека. Там спросить, тут промолчать. Мир вокруг стал более живым. Немного, на единичку отХаризмы .

Ещё я понял, что немного от Левитановского голоса мне, всё-таки, досталось. Я прекратил картавить. Это мне удалось определить не сразу, потому что внутри моей головы эта проклятая «Р» всегда произносилась, я не замечал, что её не выговариваю. По данному поводу я никогда не комплексовал, однако понимал, что правильная речь — это серьёзный шаг к успеху у окружающих. Вот и Марина что-то такое во мне разглядела.

— Да просто утюг вчера новый купил и рубашку погладил, — честно ответил я, но соседи по столику чуточку улыбнулись.

— Вань, а ты ведь картавить перестал, к логопеду сходил? — продолжила допытываться секретарь, ещё более заинтересовано посмотрев на меня.

— Ой, и п’авда, совсем пе’естал, — ответил я, намеренно коверкая слова.