Рванули пукан, так сказать.

Интересно даже, откуда тут подобное оружие? Обычно такое применяется против тяжелых мехов, но в полиции или нацгвардии маленького шахтёрского городка их наличие, мягко говоря, неоправданно. Пираты редко пользуются роботами, а больше никто с тяжелой техникой сюда высадиться не может. Да и пираты…какие пираты, когда планета принадлежит корпоратам? Какой самоубийца рискнет сюда сунуться?

Тем временем мы продвигаемся вглубь города.

Сначала нам стали попадаться все более свежие и целые трупы как гражданских, так и тварей. Похоже, что местное население после прорыва пыталось как-то самоорганизоваться и отступить, но эта попытка была сразу же обречена на провал — из лаборатории вышло слишком много монстров.

Пролетев по улице, мы притормозили, заметив, как здоровенная, метров шесть в длину туша уверенно расковыривала крышу дома. Наверное, надо было объехать, но…какая-то часть меня немедленно потребовала атаковать противника. Он же нападает на людей, а я тут, чтобы их защищать?

Бред какой-то! На хрена мне это надо? Свалил бы подобру-поздорову, и все. Однако в такой ситуации спорить с самим собой — изощренный способ самоубийства, так что я начинаю действовать. Для моей задумки пулемет не поможет, так что верный револьвер сам собой прыгает в руку, и я жму на спуск.

Нет, я не рассчитываю так быстро и просто уложить огромного монстра. Я стреляю по конечностям. Предыдущие бои продемонстрировали не один раз, что это самая уязвимая часть крупных особей, а попадания моих пуль выводят их из строя быстро и качественно.

Собственно, ничего нового и не произошло. Пять из восьми лап, пораженные спокойными и не слишком торопливыми выстрелами, немедленно подломились, и не ожидавшая такого подвоха туша Дэворара рухнула на землю с высоты трехэтажного дома, подломив по ходу действия еще одну лапу. Теперь он был практически беззащитен, но я сам не успел добить существо — из ближайшего переулка на нас выбежало несколько людей, и я уж решил, что сейчас с тварью разберутся и без нас, как вдруг эти идиоты принялись палить в нас, прямо по вездеходу.

Пули тут же начали влипать в не слишком то и толстую броню, но пока что она не держалась. Да и оружие у нападавших было явно слабенькое, гражданское. Но я честно скажу, от такой наглости и глупости с их стороны я озверел.

Мы тут их, значит, спасаем, рискуем своей жизнью, пытаемся сделать так, чтобы на их тупые головы не рухнула аннигиляционная бомба, а они в нас стрелять вздумали?

Доводы тихонько попискивающего разума, мол, они не в курсе всех тех добрых дел, которые я перечислил, были заглушены волной гнева, и я, не обращая внимания на обстрел, развернул орудие, навел на врага.