Я перевернулся, уперся ногами в заклинившую дверь. Удар ногами, еще один, и еще. Двери с каждым ударом все больше выгибаются, но заклинило их знатно. К сожалению, мой униинструмент, столько раз выручавший меня, остался лежать в вездеходе. Очень жаль. И раз уж инструмента нет, то чего тут думать: долбить надо, перефразируя известный анекдот.

На десятом ударе сталь все же уступила модифицированным мышцам, и дверь с хрустом выворотилась. Я осторожно выглянул из кабины — не стоит выпрыгивать, как чертик из табакерки, когда вокруг свистят пули.

Ну да, пока я отвлек на себя тварей, ребята сориентировались-таки, и накрыли плотным огнем мелочевку, отсекая ее от гражданских. Глупые твари бросились было ко мне и попали под замес.

С трубой гранатомета в кузове здоровенного грузовика стоял тот парень, Колесникофф. Он махнул мне рукой, мол, беги сюда, чудило небесное на букву «М».

И я побежал…ух, как я побежал!

Целых метров пять успел проскочить, прежде чем пришлось падать на пластикрит и перекатываться, уходя от длинной очереди, ударившей прямо у меня за спиной.

Чудом, чистым чутьем понял, что стреляют в меня. И стреляют оттуда, откуда я не ожидал вообще никакой опасности — с крыши грузовика с людьми.

Парень, сидящий там, видимо, тоже не ожидал, что я сумею увернуться на такой дистанции. Он машинально зажал гашетку, выпуская всю стопатронную коробку в молоко. Я попытался нащупать и перекинуть на грудь свою винтовку, и обнаружил, что она осталась где-то там, в кабине поверженного робота, то ли сорванная при ударе, то ли отстегнувшаяся во время «экстренного выхода».

Черт!

Ладно, это, конечно, плохо, но выбора у меня нет. Этот псих сейчас зарядит новую коробку и продолжит палить. И ведь может попасть! Какого хрена он вообще делает? Неужели не понимает, что жив он, как и все остальные в грузовике, исключительно благодаря мне?

Видимо, не понимает. А значит, мне придется прилюдно демонстрировать свою ловкость и скорость — выхода нет…

А хотя… Вон, на площади, совсем недалеко валяется труп одного из гуманоидных пришельцев, а в его когтистых лапах зажато какое-то пуляло. Сейчас я его и подберу.

Что я с этим самым «пулялом» собирался делать — сам себе в тот момент не ответил бы. Просто нужна пушка в руках, иначе я себя словно голым чувствую…

Никаких ритуальных вдохов-выдохов мне делать не надо, я просто ускоряюсь до максимума возможностей и устремляюсь вперед со скоростью гоночного болида. Ну, очень медленного болида, но все же раз так эдак в шесть-семь быстрее обычного человека.

Винтовку труп отдавать не хочет, но мне в целом и не надо. Пулеметчик ужасающе медленно с моей точки зрения меняет короб, он только-только начал подносить руку с новым ящиком к магазиноприемнику. Я падаю, ухватившись за пальцы покойного, навожу его оружие примерно на цель и дергаю спуск. Сухой «щелк». Да уж, если день не задался, то не стоит рассчитывать на удачу.