— Ты, дядя, совсем охренел, — сказал я, более-менее успокоившись, — твое счастье, что я ничего не заметил, иначе бы я тебе башку отрезал.
Я встал. Псион сидел красный и посверкивал глазами. У Кини челюсть отвисла, и глаза аж округлились. Все вокруг сидели обалдевшие. Сказал-то я все спокойно, но столько злости и ненависти было в моих словах, что я сам обалдел. Она аж витала в воздухе.
— Пойду я, капитан. У вас тут с гостями как-то странно обходятся, не по-людски как-то. Не привык я к такому. Лучше мне уйти, а то натворю еще чего.
И я пошел по дорожке к выходу. Меня догнал Гэл.
— Ну ты, Ник, силен. Псион до сих пор с открытым ртом сидит. С ним уже лет двести так никто не разговаривал, — съехидничал он.
— И что теперь будет?
— А ничего не будет. Ты человек капитана, член экипажа, и лезть к тебе без твоего разрешения псион не мог. А он полез, да еще рассуждать стал на эту тему.
— Это и взбесило больше всего. Говорить обо мне в моем присутствии как о кролике подопытном…
— Не знаю, кто такой кролик, но я тебя понял. Капитан из-за такой вот бесцеремонности и сбежал из клана. У них там все во имя клана, на благо клана, а об отдельном человеке думают в последнюю очередь.
— На капитана не наедут?
— Да он их пошлет, и все. Он сейчас член клана только номинально. Так что не волнуйся, все будет путем.
Мы вышли из ворот, поймали такси и отправились в отель. Часа через два заявились Хорт с капитаном. Рожи довольные — аж светятся.
— Ну ты, Ник, молодчина. Сколько я мечтал эту старую сволочь на место поставить. Но меня он сразу сломал бы. Если бы вы видели его морду после вашего ухода… — Капитан довольно заржал.
— Капитан, так ты что, это все подстроил? — спросил я.
— Нет, конечно. Но предполагал, что так и получится. Ну никак он не мог устоять. Вот и получил. Так его в лужу давно никто не сажал. Да вообще такого никогда не было. Сволочь. Сколько он крови у нормальных людей выпил. Поборник традиций, блин. Ну ладно, все. Завтра летим на острова, на курорт. Оторвемся дней на десять.
Ура! Вот это дело, вот это по-нашему. Это мы всегда с удовольствием.
Десять дней пролетели как одно мгновение. Жили мы каждый в своем бунгало, прямо на берегу моря. До пляжа метров тридцать. Я накупался в море, назагорался — стал аж коричневым. Ну и, конечно, девушки. Короче, оторвался по полной программе. Очень не хотелось уезжать. В принципе денег у меня навалом, могу всю жизнь прожить в этом бунгало. Но — контракт. Да и не выдержу долго такой жизни, уж я-то себя знаю. Но еще дней десять я бы тут пожил.
— Не хочется уезжать, Ник? — спросил капитан.