Одарённый, или, скорее всего, все они Одарённые синхронно ударили кинетикой — тренировались. Но моя дверь такое выдержит. А вот стены и здания… не факт.

— Блин, это была такая хорошая дверь, — вздохнул я. — И я её рассчитывал под атаку механизированного доспеха! Ладно, хрен с вами. Будем надеяться, что трофеи с вас окупят весь этот бардак, — сообщил я, активируя вышибные заряды.

Дверь получила мощное ускорение, сшибла побелку — реально это была не только видимая дверь, а здоровенная металлическая стена. Проехалась по рельсам и с грохотом прихлопнула стоящих на лестничной площадке. Судя по данных датчиков давления — в первую секунду эти трупы пытались рыпаться, но потом их прихлопнуло.

— Реально обидно — какая была дверь! — возмутился я, бегло проверяя камеры и датчики.

Но на этом было всё. Нападающих не было даже близко. А вот поднимаясь, я заметил несколько здоровенных бронированных автобусов, с визгом подъезжающих к дому. Это «крыша» засуетилась, судя по разговору с Кузнецовыми.

Но это моя добыча, активировал я подъем лифта и двери. И тут же набрал Федю.

— Марк, ты как⁈ — чуть не вышиб мне барабанную перепонку крик друга.

— Жив, цел. Федь, нужно… два парня, умеющих водить, — прикинул я. — Площадь перед домом Кузнецовых, там пять фургонов. Запомни, там третий и пятый, счёт справа от дома…

— Какие парни, Марк⁈ У тебя там война! Поднимаю банду…

— Спокойствие, только спокойствие! — рявкнул я. — Некому тут больше воевать. Совсем некому. Кончились. Ты про фургоны запомнил?

— Вот ты… Да, запомнил, третий и пятый, счёт справа налево, если стоять от дома.

— Они все наши. Но в третьем и пятом… четвёртом. Обидно, уехал, — отметил я отъезд водителя, привёзшего первоначальную парочку. — Ну и хер с ним, но, Федь, запомни, что в третьем и четвёртом — ключи под козырьками. Просто забирайте их, ну и оставь десяток парней, на всякий случай. Я попозже спущусь, запущу оставшиеся два.

— Понял. И я к тебе еду, Марк. Буду через десять минут, — отрезал Федя.

— Как хочешь. Мне пора, — распрощался я.

Вышел и занялся поисками уцелевшего и полезного. А ещё говорят — инженер мирная профессия, хмыкнул я, выуживания пропитанные кровью стволы.

И многие мещане сказали бы «мародерство»…

Вот только я, граф Мехов, принимая титул, принимал обязанности и права. И взятое мечом — свято. Это одно из основополагающих правил аристократов, это то, чему меня учил дядька Карл.

Конечно, дверь с реактивным приводом, переделанный механизм лифта и прочее — можно не назвать «мечом». Но это глупость и софистика. Так что я не мародерствую, а осуществляю врождённое право.