Безжалостная начальница, расчётливая стерва, наивная дурочка, влюблённая женщина.

Масса масок и ролей, прекрасно отыгранных, но после окончания разговора не оставляющих и следа на устало-недовольном лице Барышниковой.

Наконец, вздохнув и отпив из бокала, она вызвала очередного собеседника. И на этот раз не играла: лицо было усталым, раздражённым.

— Поступил счёт на полторы тысячи рублей за твои художества, — через губу процедила она, смотря на молодого, чрезмерно пухлого парня с водянистыми глазами навыкате.

— Ну-у-у… я-а-а…

— Я тебе, братец, выделяю достойное содержание! — уже повысила голос она.

— Так это… — практически блеял собеседник, отводя глаза.

— И ты знаешь, откуда? — захлопала она глазами.

— Бордель, — вздохнул собеседник.

— Именно! Бордель! И я бы плюнула на твои художества… Но это третий раз за месяц!!! Трахаешь девок — трахай! Но не калечь! Не можешь без этого — вали в Нижний город! ДОСТАЛ!!! — фактически проорала баронесса.

— Ирочка…

— Баронесса Барышникова! Значит так, братец. Если ты так любишь развлекаться, принеси роду пользу, — совершенно спокойно, как будто не было предыдущего взрыва, продолжила женщина. — Мне нужен Марк Мечников, живой или труп. Навести Мечниковых, погости у них, собери хоть какую-то информацию. За этой… Софьей Мечниковой поухаживай, в конце концов. Может узнаешь что-то.

— Сделаю. А деньги…

— Сделаешь — увеличу твоё еженедельное содержание на полтысячи. Не сделаешь — урежу на ту же сумму. И… впрочем, не такой ты и дурак, сам всё понимаешь.

С этими словами она разорвала связь, в задумчивости откинувшись в кресле. Её семья, Барышниковы, была невелика: двоюродный брат и пара сестёр. Но на ней, как на главе рода, оказался груз ответственности за них. И ведь не выкинешь бездельников, если не хочешь оставаться изгоем в рядах аристократов. При этом, если сестры худо-бедно приносили пользу, помимо своих загулов, то этот придурок…

Нет, иногда и он приносил пользу: обладатель не самого слабого Дара, не говоря о компании из таких же отмороженных дружков. Вдобавок, если Николай Барышников кого-то допрашивал, то выходило это у него так быстро, что матёрые палачи удивлялись. Хотя на сам процесс работы братца Барышникова старалась не смотреть: даже для её закалённой психики это было слишком эффективно.

И тут размышления баронессы прервал звон терминала, смотря на который она чуть ли не почернела лицом. Гневно занесла руку… Но расслабилась, откинувшись на кресло, и даже ухмыльнулась.

— Нет, это положительно становится смешным, — вслух произнесла она, просматривая данные. — Уже девятый. Так, обнаружен в ста пятидесяти километрах от Новгорода… пещера… — просматривала она доклад егерей. — Нет, действительно, не лес, а проходной двор. Отозвать этих трудоголиков, что ли? — задумалась она.