Быстро просканировав окрестности этой части деревни, я нашел место жертвоприношения — невысокий холмик, наверху которого было вкопано толстое бревно. Я быстро метнулся туда, засел в кустах поблизости и закрылся техникой сокрытия.

Вскоре подошли деревенские, привязали парня к столбу и ушли. Некоторое время возле него ещё стояли и плакали двое, мать и отец, но потом и они ушли. Я ждал. И дождался. Часа через четыре из леса выполз этот их «дракон» — духовный зверь, явно выросший из какого-то крокодила или варана, где-то на шаге Зарождения души третьего уровня. Он плотоядно облизнулся и по-хозяйски подполз к жертве на бревне. Парень задёргался, когда зловонная пасть приблизилась к нему, а длинный язык стал облизывать, но из пут выбраться не мог.

Ну, падла чешуйчатая! Я вылетел из кустов, схватил «дракона» за хвост и перекинул через себя, шибанув башкой об землю. Тому явно не понравился — яростно взревел, перевернулся и направил на меня распахнутую пасть. Внутри его глотки что-то заклокотали, появились алые отблески огня, которым он меня собирался окатить. Ну, нет! Я схватил его за шею и пережал её, так что огонь не смог вырваться наружу. Ящерица задёргалась, из ноздрей и ушей пошел чёрный дымок, а глаза выкатились из орбит. Что, не нравится? Получай ещё! Отпустил горло, «дракон» заперхал, откашливаясь, поднял голову на меня — и получил по ней удар плоской стороной меча.

Когда он снова бросился на меня, я со всей силы ударил его заклинанием подчинения по сознанию. Надо же выяснить, сработают земные заклинания тут или нет? Ящер резко замедлился и остановился в метре от меня. Стоял и пялился в пространство, как статуя. Ага, отлично, всё работает! Я сотворил управляющие и подчиняющие заклинания и стал копаться в мозгах противника. Их хоть и не так уж много было, но всё же кой какое сознание было. Минут через двадцать всё закончилось, и я отпустил ящера. Тот потрусил головой, ошалело оглянулся вокруг и убежал в джунгли. Теперь он уже не будет есть людей — я заложил ему в мозг программу поведения, по которой он будет охранять эту деревушку и не давать другим духовным зверям нападать на неё. Пусть искупит своё людоедство делом!

—Всё, парень, жертвоприношений больше не будет. — я успокаивал истерящего паренька, отвязывая его от бревна. — Иди домой, завтра будет лучше, чем вчера.

Мальчишка убежал, а я понял, что не смогу оставить этих людей просто так. Да, они уже не будут поедать трупы друг друга. Наверное. И эта вот ящерица не придёт за жертвой. Но что дальше-то? Больше еды у них не станет же от этого, а живность в лесу одним «драконом» не ограничивается. Придётся… придётся тут задержаться.