Все так серьёзно подошли к делу. Даже гоблины согласились помочь.

— Насколько я поняла, к повышению уровня все отнеслись очень серьёзно. Илин будет защищать группу, Зара и Лейланна — атаковать монстров, а Белла — прикрывать всех и осторожно контратаковать. Интересная тактика… — объяснила девушка каким-то грустным тоном.

— А где Ирен? Ты её не упомянула, — уточнил я.

Самира заметно напряглась, но ответила:

— Она тоже с ними, помогает и поддерживает ребят.

Значит, она не забыла, а сознательно отделила Ирен от общей группы даже в разговоре со мной? Между ними что-то произошло, пока я спал? Ничего не понимаю. Вздохнув, я осторожно уложил Глорию обратно в колыбель, затем подошёл и мягко положил руку на плечо хобгоблинши.

— Эй, может, объяснишь, в чём дело? Что произошло, пока я нежился в кровати? Вы что, поругались? — спросил я.

— Мы не ругались, всё в полном порядке, ничего страшного, — наигранно бодро ответила она, продолжая работать с тестом. Затем она внезапно швырнула его на стол и начала бить кулаками.

— Что может быть не так? Я в полной безопасности, забочусь о Глории, потому что я бесполезная и не могу сражаться.

— О чём ты говоришь? Я бы никогда не сказал такого, да и никто в поместье не стал бы утверждать подобное, — запротестовал я.

Самира фыркнула, даже не посмотрев на меня, а затем зарыдала.

— Ты тоже должен держаться. Нам нужен сильный глава семьи. — Она кивнула в сторону стола. — Там есть готовые бутерброды с беконом. Этого хватит на завтрак и обед.

— Эй, объясни, что происходит, — я аккуратно развернул девушку к себе, слегка приобняв.

Самира замерла на несколько секунд, затем резко прижалась ко мне, уткнувшись лицом в грудь.

— Это совсем нечестно! — всхлипнула она.

— Что именно ты считаешь нечестным? — спросил я, гладя её по спине. — Она не ответила. — Самира, пожалуйста, объясни, в чём проблема, и мы найдём решение, — настаивал я спокойным тоном.

Хобгоблинша наконец подняла голову и вытерла слёзы, пытаясь собраться с мыслями.

— Я всё это время старалась показать себя с хорошей стороны — отличной супругой, достойной девушкой. Разве я плохо справлялась? — жалобно говорила она. — Ты пригласил меня в свой дом и относишься ко мне как к члену семьи. Я знаю, что тебе нравятся наши свидания, вижу желание в твоих глазах, когда ты смотришь на меня… но на этом всё. Больше ничего не происходит. Это странно!

— Да, так и есть, ты — часть семьи, — заверил я, проводя пальцами по её мягким каштановым волосам. — Ты замечательная, отлично себя проявила и совсем не бесполезная.

— Да, но я не твоя жена! — воскликнула она. — Почему ты не хочешь провести свадьбу? Почему ты не желаешь разделять со мной постель и заставляешь ждать целый год, когда другие уже так счастливы рядом с тобой⁈ Это несправедливо!