— Может, не стоит прямо тут торчать? На экспериментах такой хе… таких эффектов не было, — деланно-равнодушно поинтересовался Окина. Что характерно, споткнувшись на последней фразе, он кинул быстрый взгляд на старшую суккубу — не заметила ли?

— Ещё бы, там мы трое магию в зеркало сливали. А сейчас сорок три мага и демона, — повела плечами Нацуро, которой тоже стало не по себе. — Но опасности для нас нет, сам знаешь. Лучше подумай, каково сейчас Олегу. Полторы дюжины километров над уровнем моря, в железной коробке без единого работающего электронного прибора…

— В отличие от него мы можем и не сидеть прямо на артефакте, — парировал «мистер Дьявол».

— Формально — мы охраняем единственный незаблокированный вход в ИЦ, — напомнила завуч.

— От кого?

— И это спрашивает тот, кто десять минут назад не смог догнать шпиона?

Ми кинула косой взгляд на мать: опять отрешённое лицо-маска. Убрав привычно поддерживаемые день и ночь ограничения эмпатии, моя суккуба окунулась в океан эмоций вслед за ней. Окина и Лючия, напряжённые и сосредоточенные, устроив пустой и ненужный спор, пытались избавиться от излишнего волнения. Ученики Карасу Тенгу в сверхчувстве демонессы любви сливались в один, на разные «голоса» исходящий восторгом и предвкушением, ком. А вот родители, из тех, что не были заняты в ритуале, радовались куда скромнее — зато палитра других эмоций цвела всеми возможными вариантами чувств. Те же, кто сливал магию, полностью ушли в этот процесс, работая с полной самоотдачей — видно, и впрямь тренировались…

Нацуро внезапно замолчала на середине фразы, рядом с ней полыхнул фонтаном переживаний Мао. Ми открыла глаза, пытаясь понять, что случилось… а потом медленно подняла голову. Не она одна — все, кто были в холде, в едином порыве сделали это. Туманный купол над головой на глазах светлел, терял плотность. Секунда — и в разрывах дымки появилось ярко-голубое субтропическое небо и нестерпимо-слепящее Солнце!

Я рефлекторно схватился за поручень. Моргнул, и только когда автобус вздрогнул второй раз, понял — это не меня повело в сторону. За спиной Перевозчик что-то прошипел-выдохнул себе под нос, я начал было поворачиваться, да так и застыл, не закончив движения. Непроглядно-черный мрак тоннеля со всех сторон стремительно светлел. В плотно сгустившийся тишине салона неожиданно-громко клацнул рычаг коробки передач, и двигатель машины натурально взревел. Как очнувшись, разом заговорили пассажиры — и тут же испуганно замолчали. Автобус повело влево и вверх, словно он заехал на круг гигантской наклонной карусели. А потом… тоннель просто исчез. Я ещё успел заметить тающие струйки тумана — и тут наш транспорт скорее рухнул, чем выкатился на поле, заросшее травой.