И вот вроде бы чудовищная картина! Кровь, балахонщики, непонятная хрень у потолка которая будто бы сыто урчит, но всё это меркнет, по сравнению с тем, что происходит в купели. Размеры её достигали полусотни метров в диаметре, а внутри, стоя по колено в крови, одни эльфы резали других эльфов. Молча, совершая механические движения, пятерка высоких и статных светлых эльфов в длинных алых мантиях, резала своих же собратьев кривыми черными кинжалами. Порез по горлу, тычок в грудь, живот и два маха, чтобы глубокие порезы рассекли запястья до костей. Жертва в конвульсиях валится в жидкость, откуда уже не всплывает. Короткая фраза, произнесенная с поднятым к кровавому шару лицом, и следующая жертва так же безропотно, как и первая, подходит к своему палачу. И если пятерка эльфов в мантиях представляла собой эталонных представителей вышей касты своего народа, то вот среди их жертв были, как и воины, что по пути медленно снимали с себя доспехи, так и простые жители. Женщины, старики, дети. Все они выстроились пятью колоннами и покорно ждали своей очереди, чтобы сделать шаг вперед, бездумным взглядом смотря в спину впередиидущего.

Мозг заработал, словно разогнанный процессор. Энергии в теле осталось, хорошо, если половина. Да, наложен скилл на её восстановление, но если тратить умения ходом, то этого всё равно не хватит. Сейчас я в невидимости и прибавка к восстановлению еще плюс пятьдесят процентов. Осталось шесть секунд и значит, нужно отчего-то отказаться.

Целая россыпь черных молний, что сорвалась с ладоней балахонщиков, устремилась четко в мою сторону. А прямо за мной, буквально за спиной находится Ира. Что ж, прости.

Шаг назад, ложу руку ей прямо поперек груди и сильнейший толчок выбрасывает её из храма. Дальше Прыжок вправо, на низко висящий канделябр, что служит подставкой под сотню толстых, черных свечей. Следом два скилла, буквально один за одним. Молния устремляется к балахонщикам, а Копье точно в спину одного из эльфийских палачей. Прыжок! И я оказываюсь по колено в крови, где не мешкая, запускаю в сторону балахонщиков и Стяжку — пусть отвлекутся. Приземлился я прямо туда, где до этого стоял палач. В клочья его разорвало хорошо, эпично. И уже здесь в ход пошел клинок. Взмах сверху вниз, что отделяет половину головы правого и дальше разворот корпуса по ходу движения клинка. Подрезать ноги левому, который даже успел повернуться в мою сторону и собрать в ладони бурлящий шар крови. Но это его не спасает. Срабатывает шанс на поражение уязвимой точки теневым мечом, так что спустя мгновение ублюдок уже разрезан надвое. Двоим оставшимся этих секунд хватило, чтобы среагировать на опасность. Ощущаю дуновение ветерка и чувствую, как кровь вокруг моих ног вдруг перестала быть жидкостью. Движение ног при повороте забуксовали, да так, что я чуть не рухнул мордой в жидкость. Прыжок позволил избежать этой участи, выдергивая меня за границы купели. Уже отсюда, вижу, как то место, где я только что находился, прорезают воздушные серпы. Мельком, ловлю себя на мысли, что с такого ракурса Копья в клочья разорвут не только палачей, но и стоящих за ними обреченных, делаю то, что не сделал бы, действуя не на автомате.