Перед моим внутренним взором развернулся рисунок. Не самый простой, но и не особо сложный. В самый раз для испытания. Неспеша я создавал из силовых нитей один блок заклинания за другим. Второе сознание сразу же протягивало от них дополнительные каналы к ядру души, тем самым сливая излишек из линий, и не давая им разорваться от мощности.

Спустя десять ударов сердца, плетение было готово. Я специально подольше подержал его перед активацией, проверяя устойчивость. Такое ощущение, что заклинание стало гораздо стабильнее. Я не увидел привычных по работе с маной колебаний энергии. Наоборот, рисунок висел перед моим взором словно сделанный кистью художника, а не силовыми линиями. Смотря на это, я чувствовал гордость. Ну ладно, хватит лирики. Я больше Праны в плетение и выбрал целью бархан в сотне метрах от меня.

Мелькнула золотая вспышка, на миг затмившая даже солнце. Затем раздался мощный хлопок и бархан разметало во все стороны. Песок под моими ногами ощутимо дрогнул. Но луч не остановился и полетел дальше, оставляя в песке пустыни траншею. Из палатки выбежал отряд в полном составе, и морфы начали осматривать местность.

— Порядок, это я немного пошумел. — успокоил я ребят. — Прошу прощения, думал будет потише.

— Предупреждай о таких вещах заранее. — недовольно нахмурилась Ке’Лирис. — Раз все вышли, то продолжаем движение!

Гзар кинул на меня обиженный взгляд. Я в ответ пожал плечами, на что он махнул рукой и стал проверять снаряжение. Через две минуты Ке’Лирис убрала палатку, и мы продолжили путь. А уже через четыре часа мы, похоже, достигли нужного места. Я думал, что уже видел всё и меня не удивить. Но то, что произошло в этот день, не похоже ни на одно из моих воспоминаний.

Мы стояли среди барханов — обычное место, ничем не отличимое от пустыни вокруг. Воздух дрожал от жары, песок чуть ли не плавился под ногами, и лишь редкие каменные глыбы торчали из земли, будто кости умершего гиганта.

Ке’Лирис достала из инвентаря ту самую металлическую пластинку. По её поверхности, вдоль написанных символов, побежали тонкие, светящиеся линии. Девушка подняла ключ к небу, и в тот же миг пространство перед нами изменилось. Потоки горячего воздуха мелко задрожали, словно от вибрации. Песок под ногами пошёл волнами. Ветер стих. Мир словно замер.

Затем впереди, метрах в пятидесяти, песок будто вздохнул. Из-под него вырвались чёрные потоки пыли. Они устремились по дуге в противоположенные стороны очерчивая тем самым огромный круг.

Пространство перед нами на мгновение свернулось в точку и тут же растянулось, как ткань, которую кто-то тянет с обеих сторон. Сначала появился силуэт стен. Потом башни, крыши, мосты — большая часть зданий была сделана из одного материала, гладкого, как обсидиан, но светло-коричневого, с легким металлическим отливом. Огромный город проявлялся из-под песка и воздуха плавно, будто его шаг за шагом вспоминали.