К Жерену я отправилась сразу, как только горничная помогла мне привести себя в порядок. Я по прежнему очень хотела увидеть друга. Даже если он все еще находится под действием магии… Зачем я сунула в карман бутылочку с отваром Алиса, пожалуй, не смог бы сказать никто. Даже я сама. Ведь нарушать график приема я не собиралась. Прекрасно помнила, как тяжело было избавляться от зависимости от успокоительного для нервных барышень с точно таким же чудесным эффектом.

Ворота во двор усадьбы Жерена были распахнуты. А внутри царил страшный беспорядок: кто-то выволок и поставил посреди двора резные сани, которые использовали для выезда зимой, тут же, чуть в стороне стояла пустая карета, с распахнутыми дверцами, а чуть поодаль валялась опрокинутая хозяйственная телега, возле которой лежал какой-то скарб… Между ними неприкаянно бродили полузапряженные лошади, равнодушно пережевывая цветы с клумбы. С той самой клумбы, покушение на которую Селеса расценивала, как покушение на собственную жизнь.

Я встревожилась. Неужели у моих друзей случилось что-то нехорошее?

— Ваше величество, — меня кто-то окликнул. Я обернулась, в простенке между домом и амбаром прятался общий сын Селесы и Жерена. Ему сейчас было что-то около шестнадцати-семнадцати, если мне не изменяла память.

— Что у вас случилось, Агнат? — нахмурилась я.

— Папка с ума сошел, — голос юного барона был полон горечи, слегка разбавленной страхом. — Хотел к его величеству на санях ехать. А когда мы ему объясняли, что летом на санях не ездят, сердился и кричал. Я никогда не видел его таким…

— А мама твоя где? — теперь и я испугалась за подругу. Как бы не случилось чего-то непоправимого. Жерен определенно не в себе. Вероятно сказалось долгое воздействие магией.

— Она там, — Агнат кивнул в сторону дома. — Папка в кабинете заперся и никого не пускает. А мамка пытается уговорить его выйти. — Он на мгновение потерял контроль и рот скривился, выдавая панику. Мальчишка пытался выглядеть взрослым и держался молодцом, пряча свои чувства. Но ему было очень страшно.

— Все будет хорошо, — улыбнулась я. — Ты пока наведи порядок здесь, — кивнула я на загроможденный двор, — и убери лошадей от клумбы, а то твоя мама потеряет сознание, когда увидит, во что превратились ее цветы. А я посмотрю, что там с твоими родителями.

Агнат неловко улыбнулся. Младший сынишка Жерена, выросший в благополучии и спокойствии, совсем не был похож на своих старших братьев. И Миха, и Сирга в таком возрасте уже были похожи на молодых, но очень дерзких волчат. Они скорее скрутили бы Жерена и вразумили бы его кулаками, чем стали бы прятаться в подворотне.