— То добре, о людишках заботу иметь надобно. Поди они у тебя с разных мест?
— Может раньше из разных и были, но теперь все едино из Крыма — сечевики всех освободили из полона, да с боем за Перекоп вывели. Я и сам, грешный, в плен на Святых Горах попал — саблей по голове огрели и рухнул беспамятно. А когда очнулся, меня уже повязали, даже имя свое поначалу припомнить не мог.
— Бывает, — протянул участливо Лобода, — обитель ведь всю разорили, половину монахов в неволю увели, другие в лесу укрылись. Мою сторожу сожгли, всех казаков перебили, баб и казачат тоже.
Сотник заскрипел зубами от вспыхнувшей ярости, переживая тот злополучный татарский набег. Да и Юрию стало грустно, когда припомнил свой рабский путь до Крыма.
— Сведем с ними счеты, Семен Афанасьевич, теперь им не по зубам выйдет сюда наведываться. Кровью умоются…
— А так и будет, острог крепкий теперь стоит. Сказывают, что всю осень возводили, трудов не жалея.
— Без сентября, сотник — мы тогда еще из Крыма шли. Но потрудились знатно, а с весны продолжим — сторожевой заставы башню поставим, да еще засеки устроим — от набега и убережемся. Наказ у меня от кошевого атамана беречь сей край от степняков.
«О здоровье царя не рассказал, а я специально не спрашивал — визит чисто частный. Но это пока ни о чем не говорит, глазами уже всю стену обшарил, оружие и снаряжение с формой рассматривая. Сильно удивлен сотник, но вида пока не подает, и вопросов не задает. Подсыл он из приказа, к бабке не ходи, потому что осторожничает!»
— А вот и трапезничать будем, — Юрий попытался вести себя естественно, когда Авдотья зашла в хату, неся перед собой большое блюдо с пышными пирогами, только что вынутыми из печи.
Словно по мановению ока, в течение всего нескольких минут стол был накрыт вышитой скатертью, в центре поместились пироги с разнообразной начинкой — с кашами, квашенной капустой, с рыбой и репой, морковью и луком. Да плошки добавились — с той же капустой, солеными огурцами и грибами, привезенными из Белгорода. Да взвара два кувшина с кружками. Вот и все — бедный стол, что сказать. Так Рождественский пост самый строгий, особенно в последнюю неделю. Рыба и то отступление из правил, и только для служивых, что караулы несут, хворых, беременных баб и деток, да еще тех, кто в дороге находится…
Глава 12
— Стрелецкий сотник ты, Юрий Львович, оказываешься… Хм… необычно сие для казаков сечевых…
— Ничего необычного, атаман Иван Сирко так и говорит порой — «нужда закон меняет»! Запорожцы ведь конными на татар ходят, а мы на лошадях лишь передвигаемся — худо мои люди в седлах сидят, да и коней у нас мало. Зато в пешем строю сражаемся — атаку орты янычар отобьем легко, надо только несколько сотен стрельцов подготовить.