Так что хочешь, не хочешь, но на самообеспечение переходить срочно нужно. Глины и песка вокруг много, под ногами буквально — нужно кирпичи самим делать и обжигать. А то покупать для кладки печей 10 штук за копейку — жаба зеленая душит. Пусть воз дров в 6 копеек идет, как и сено — все это самим нужно делать, благо леса вокруг топором нетронутые, и лугов полное разнотравье со всех сторон.
Но расходы по карману бьют сильно!
Любой металл далеко не в ходу, дороговат изрядно, и не важно, железо это или медь. Цена свирепо кусалась — пуд железа в 90 копеек, а меди фунт в 17 копеек, благо деньги из этого металла исчезли из оборота. А ведро угля древесного для горна по три копейки, а его нужно очень много, работы в кузнице с утра до вечера идут под звон нескончаемый. Так что собственные ямы для пережога осенью копать стали — все экономия выходит.
Чтобы всерьез хлебопашеством на черноземе заниматься плуги нужны с лемехом железным, лопаты, косы-литовки и прочий инвентарь — а это железо, и много. Да для того же строительства топоры и гвозди нужны, пилы двуручные. И многое чего другое — списки у Галицкого росли и пополнялись каждый день новыми делами.
На том же Торце, если его запрудить, то лесопилку с водяной мельницей поставить нужно в первую очередь — без этого никак не обойтись. Так что весной нужно людей выделять, благо знающие хорошо это дело есть. И закупить все необходимое, да те же пилы. Потому что бревна распиливать вручную — то еще удовольствие, посмотрел, как пильщики вкалывают с утра до вечера на высоких козлах. Доска очень нужна — масса проблем при строительстве сразу решится, да и соседям продавать можно с выгодой изрядной — по Донцу селения и городки ставят.
Так что необходимо как можно быстрее любой труд механизировать — тогда производительность резко повысится и себестоимость станет намного меньше. И подумать, как конные косилки с сеялками изобрести. Видел такие в музее, жаль только не поинтересовался их устройством вплотную. Так что придется идти долгим методом проб и ошибок, втридорога оплачивая столь необходимый опыт.
С оружейным производством дело наладилось. Теперь трудились два кузнеца — к Микуле еще один коваль прибыл, да плюс три подмастерья. В мастерских работа пошла — переделка османских ружей весьма выгодным делом оказалась, прибыльным. Как обычно с продажей оружия и происходит, а в этих временах особенно — здесь убийство врага абсолютно не наказывалось, а даже поощрялось.
После большой войны с поляками цены на оружие упали, бум закончился, но теперь снова стали приподниматься. Те же сабли по три рубля пошли хорошо — полторы сотни штук влет продали, из трофеев. А ведь некоторые из них, серебром украшенные, или из персидской стали и по пять рублей ушли. Взамен османские ружья по полтине скупили, запорожцы этими трофеями не интересовались — а зря. Московские пищали по три — пять рублей продавались, иностранные мушкеты по шесть-восемь, за такую же цену уходила пара пистолей.