– Как хочешь, – спокойно соглашается. – Но если потом будешь облезать, на меня не ворчи.

– Дай сюда, – выхватываю тюбик, забыв, что он открыт. Крем выдавливается и шлепается мне на живот и ноги. – Рома, елки!

А он, этот нахал, ржет, заваливаясь на шезлонг. Сейчас я его натру, так натру, что больше не попросит!

– Ева, ты пыхтишь как ежик, – хохочет Роман. – Ай, что ты делаешь?

– Как, что? – невинно спрашиваю, хотя сама, собрав крем, от всей души шлепнула его Роме на спину. Вот прям всей ладонью! – Ты же просил обновить крем.

– Аааа, ну да, – он устраивается поудобнее, укладываясь на живот и сложив кисти под лоб. – Я весь твой.

Ну где бы взять сил не закипеть? Ну почему он меня так бесит своей непрошибаемостью?

– Такими заявлениями разбрасываться чревато, – ехидно произношу. – Тем более что колечко у меня уже есть. Не боишься, что запощу фотки на всех своих страничках?

– Ев, я тебе сейчас открою страшный мужской секрет, – его плечи подрагивают от смеха, – нам вот вообще все равно. Это только девушкам важны все эти фоточки, статусы и прочая шелуха. А большинству парней вот вообще ровно на все это. Ну, за редким исключением.

Надуваюсь, как мышь на крупу. Не то чтобы и для меня это вот прям так важно, скорее, так нужно. Но обидно! Ууу, непробиваемый тип!

– Ева, у тебя очень красивый маникюр, – от неожиданного комплимента я замираю. Чего это с ним, перегрелся? – но не надо им пытаться снять с меня кожу! – добавляет Рома.

А нет, все нормально. Но несколько красных полос я на его спине оставила. А нечего было тут! Вот.

– Ах, прости, – я ехидно улыбаюсь, хоть он и не видит, – засмотрелась на окружающий пейзаж. Наверняка здесь очень красивые и романтичные закаты.

– Очень романтичные, – усмехается Рома. – Солнце упадет за океан и всё. И сразу настанет ночь.

– В тебе ни капли романтики, – притворно вздыхаю я.

– Ночью же лучше, – продолжает дразнить меня Рома. – Ночью можно делать всякое разное интересное, – игриво произносит.

– Да размечтался, – я краснею до корней волос.

– А что такого? В бассейне лучше купаться в темноте, обидно тратить день, – спокойно произносит Рома. – Днем лучше в океане. А ты что подумала?

– Ничего, – бурчу я. Краснея уже вся. Сам же знает, что я подумала. Провокатор! Ужасный тип. Как я переживу еще двенадцать дней? – Все, готово!

Отскакиваю от него, как ошпаренная. Щеки горят.

– Теперь я тебя, – Рома поворачивается на бок. – Ева, ну не испортишь же ты себе отдых?

Манипулятор. И провокатор.

– Я собираюсь насладиться каждой минутой, – заявляю с улыбкой. – Но солнце уже низко, и скоро станет темно. А я больше в воду не пойду.