Это я уже начал осознавать. Эшлин, так звали девушку сильфа, проводящую разведку впереди, мне всё весьма доходчиво объяснила. Или я буду хорошим мальчиком и иду сейчас с ними, делаю то, что мне говорят, и тогда у меня есть шанс выжить, или они прямо сейчас меня убивают и продолжают свою дорогу уже вдвоём.

Учитывая обстоятельства, я решил, что отказываться от столь выгодного предложения крайне глупо.

А Грул, тихо вздохнув, продолжил говорить:

— Мы же не так просто ждали на той площадке. Знали, что сразу после активации карты игра начнёт искать третьего, чтобы заполнить пустое место, создав Дверь измерений, по условию испытания в это место должно было отправиться трое игроков. Мы собирались положить его на месте, чтобы потом спокойно отправиться дальше. Так что твоя удача сейчас тебе впервые помогла, спасая жизнь и не давая испортить аватар на старте. Ты ведь просто не понимаешь, что тебя могло ждать. Штраф за гибель на этой карте: либо пожизненная травма, либо моментальная выплата пятидесяти тысяч эргов плюс утрата части снаряжения и всей полученной добычи. Ладно, что тебе эти наказания. Ни снаряжения, ни добычи, ни эргов — ничего из этого у тебя нет, хотя на моем уровне это серьёзный удар. Потеряй Громовержца, — минотавр любовно погладил двуручный топор, что сжимал в руках, — и мне можно спиливать рога.

Я с интересом посмотрел на именное оружие, но не стал перебивать здоровяка.

— Но травма, особенно пожизненная — это серьёзно. Может, тебе с твоей удачей и повезёт: достанется хромота, не приятно, но жить можно. Эргов накопишь со временем, найдёшь хорошего целителя, и он сможет тебе снять недуг, а если слепота — это всё, считай, конец. После этого можно стирать свою проекцию и передавать Ключ кому-то более счастливому, чем ты, потому что эргов на её исцеление заработать ты уже, в принципе, не сможешь.

Я ещё хотел о чем-то спросить, но из темноты серебристой стрелой выбежала Эш, крикнувшая Грулу:

— Готовься! — не останавливаясь она длинным прыжком взлетела на разрубленную колонну и вскинула свой короткий лук. Между его концами возникла созданная из света тетива, тускло горевшая в темноте, а на ней тут же возникла похожая на маленькую молнию стрела. Грул не глядя отбросил меня в кучу камней с остатками мусора и крикнул:

— Спрячься и не мешай, главное, постарайся выжить.

Тем временем над шерстью, покрывавшей его тело, пробежали огоньки искр. Глаза налились кровью, он яростно начал взбивать землю копытом, раскручивая перед собой топор, а после взревел. Эш не теряя времени выпустила в темноту несколько стрел, сверкнувших молниями в темноте.