Серый, не поднимая головы, быстро просачивается между дверным косяком и щитом. И исчезает.

— Что это было? — задаю риторический вопрос.

Фей, судя по его виду, тоже ничего не понимает. Останавливаюсь. Осматриваю комнату и стараюсь понять, что, на минуточку, в закрытой комнате делал этот серый человек. И как он тут оказался? Замок-то без скрипа не открыть.

Небольшая комнатка изнутри обшита деревом, потолки низкие, по двум сторонам приютились две деревянные кровати. Матрасы, на взгляд, мягкие, но подушки маленькие. Возле незанавешенного окна стоит квадратный стол на толстых круглых ножках. Больше-то ничего и не надо, тем более, это не полноценный этаж.

Феофан тут же забирается на стол и плюхается рядом с массивным чугунным подсвечником.

— Тут письмо, — икая, говорит фей… Недолго молчит и добавляет. — Но я бы читать не стал. Когда письма доставляют ТАК, в них редко бывает хорошее.

Феофан машет письмом в воздухе и, на первый взгляд, на нём нет никаких печатей, марок или подписей. Конверт из пожелтевшей бумаги — самодельный.

— Да ладно тебе, человек заморочился, письмо принес. Не ищи подвохов раньше времени. — Отдаю фею прихваченный со стола в таверне кувшин. Забираю конверт и кручу его в руках.

Фей икать перестает почти сразу. Правда и отвара в кувшине остается вполовину меньше. Ну, и ладно.

Действительно, ни одной буковки, ни одной циферки. Плотная бумага. Да и конверт даже не потрудились заклеить.

Из конверта прямо в руку выпадает такая же плотная бумага, ещё более жёлтая и шершавая. Пергамент, что ли? Лист сложен вдвое.

Быстро проскальзываю взглядом полторы строчки. Витиеватый почерк, крупные разборчивые буквы:

«Дорогой друг, когда ты пойдешь в канализацию, не забудь зайти к двум львам, сидящим под сияющим солнцем».

Так, стоп. А откуда отправителю это известно? Хотя, чего я. Контракт уже полтора года висит в ратуше. Логично, наверное.

Не успеваю подумать о дальнейшей судьбе письма, как оно вспыхивает. В моих руках остаётся только пепел.

— Во дела! — удивляется фей и чешет затылок. — А ведь я тебе говорил!

— Тсс, — успокаиваю Феофана и стряхиваю остатки письма на стол. Вглядываюсь в крупицы.

— Это обычный пепел, не старайся. Что там хоть было написано? Только не говори, что не успел прочитать. — Фей хмурится и подергивает ножкой.

— Что-то про канализацию, двух львов и солнце, — передаю я содержание. Шум в голове усиливается.

Начинаю сомневаться, правильно ли понял смысл строк? Хотя, кого я обманываю? Ни черта я не понял. Львы? При чем тут львы?

Фей отвечает, но звук его голоса одновременно громкий и непонятный. Одно слово накладывается на другое, интонации сливаются в одну. В глазах двоится, на ощупь добираюсь до кровати. Падаю. Не удивлюсь, что всё происходящее мне просто привиделось.