сторон, едва он заехал в лес. Они были повсюду — на крыше поезда, на оконных решетках, на стенах вагонов, чуя много вкусной крови внутри. Удивленный Рики уставился на какую-то самочку, что повисла прямо на нашем окне и начал возбужденно носиться по клетке как угорелый, пытаясь протиснуться через ее прутья. — Отпусти зверька, не мучай. Сожрут его в Яме. — В очередной раз произнес сидящий рядом со мной Грол. Он глянул на стоящих неподалеку отвлекшихся хаттайцев, наклонился к моему уху и прошептал: — Король говорил мне, что ты можешь связываться со своим питомцем с помощью какой-то зверолюдской магии. Через год мы тебя вытащим, и ты снова найдешь своего друга. Его шансы выжить под землей крайне малы. И снова на меня накатила гамма самых противоречивых эмоций. Сердце разрывалось от страха, что с Рики что-то произойдет в Яме, но и расставаться с другом я не желал. Я чувствовал себя последним эгоистом и предателем, по отношению к моему самому близкому существу, боясь остаться один, без его поддержки. Но в душе понимал, что, если он погибнет, простить себя я не смогу никогда. Поезд выехал из леса, и пушистые смертоносные зверьки, словно сговорившись, попрыгали на землю и побежали обратно в свой зеленый дом. — Я отпущу его, откройте окно. — Эти слова мне дались тяжело, комьями застревая в горле, но я считал, что принял правильное решение. Грол встал со своего места, переговорил с хаттайскими воинами, и они обнажили оружие, приняв боевую позицию. Он вернулся ко мне и специальным ключом открыл форточку. — Кай, они очень надеются, что ты не сделаешь никаких глупостей. — Не сделаю. Я открыл клетку и дрожащими руками снял с Рики ошейник. Малыш взобрался на мое плечо, словно никогда и не покидал его и деловито начал вылизывать шерстку. — Иди, Рики, — я посадил его на край форточки. — Беги к своим, малыш! Он принюхался к воздуху и нерешительно посмотрел на меня, потом устремил взгляд в удаляющийся лес и снова перевел взгляд в мою сторону, словно спрашивал разрешения. — Рики, уходи пожалуйста. Тебе там будет лучше. Кажется, я сейчас зарыдаю… Эльмур еще немного подумал, спрыгнул обратно и попытался забраться ко мне за пазуху. Рики не хотел уходить, но я уже принял решение. Он просто не знает, куда мы едем и что его ждет. — Я могу принять эйголь? — мой взгляд устремился на Грола. — Это тот светящийся мох? Любопытно будет посмотреть на это, думаю наши хаттайские товарищи не будут против. Я вытащил коричневое растение из кармана, неуверенно положил его себе на язык, и, последний