городе, и, благодаря найденной тобой книге, смог определить его суть и узнать, как он работает. Пока он будет у тебя, мы сможем видеться во сне, тебе достаточно будет снять его с шеи и положить у изголовья. Но учти, что я верю тебе, и в один прекрасный день, когда тебе больше не нужна будет моя помощь, ты уничтожишь его и отпустишь меня. Душа должна возрождаться в новом теле, а не болтаться в непонятных измерениях. Понятно? — Да, — всхлипнул я, — Я обещаю сделать как вы просите. А вы обещайте прожить столько, сколько сможете! — Конечно, Кай, конечно… А теперь беги к себе. Этой ночью профессор умер. Его похоронили на кладбище Фаэты. После тех злополучных событий, были пересмотрены многие положения кодекса Длани. Теперь на территории школы дежурили братья, а не ученики, а кладбище полностью освободили от тел и их перезахоронили в другом месте. Также решили отказаться от старинной традиции братства погребения воина с его оружием, дабы избежать нежелательных последствий в будущем. Кригер сводил меня на пррощание с ним, и лишь понимающе кивнул, когда я снял кулон с шеи Монтиса Блоу и надел на свою. В тот момент, моя ненависть к Тьме достигла своего предела. Я твердо был уверен, что, если бы не Гэнтон, профессор бы прожил еще пару десятков лет, хоть он и говорил, что это не так. По возвращении в школу я снова поселился в спортзале, готовясь к предстоящему испытанию и уничтожал себя тренировками до полного изнеможения. Рики, в свою очередь, помимо получения способности к регенерации, стал намного умнее. Я перестал оставлять его в комнате и теперь всегда брал с собой на занятия. Ему нравилось такое времяпровождение, и однажды меня посетила мысль, что этот маленький зверек может стать опасным оружием в моих руках. Он уже один раз спас жизнь Клэр и мне, и теперь я стал приучать его атаковать манекен по команде, что он с удовольствием проделывал, проявляя удивительное проворство. За день до выпускного турнира меня вызвал Кригер, и сообщил, что Вайс желает меня видеть. Мне совсем не хотелось отказывать ректору, потому что мое уважение к этому человеку не знало границ, а потому вечером мы отправились на неприятную для меня встречу. — Присаживайтесь, дорогие гости, господин Кригер, брат Фаэли! — Вайс как обычно источал мед из своих уст. Он приподнялся со своего кресла, отчего его одеяние натянулось, и моему взору предстала его толстая шея, украшенная кусочком свежего пластыря. Это не ускользнуло от взгляда Кригера, который не преминул пошутить на эту тему: — Вижу Великий