И едва ему представилась такая возможность, как он воспользовался ей и покинул стены монастыря. Прихватив заранее спрятанное снаряжение, он отправился к священной вершине. Его отсутствие быстро обнаружили. За ним выслали погоню, но он несколько раз сумел обхитрить их. Часами ему приходилось отсиживаться под толстым слоем горного снега, голодать и мерзнуть. И однажды, когда цель была почти достигнута, они снова вышли на его след. Бежать было некуда.

Но что-то случилось в тот день. Стихии объединились, гора затряслась, а ее подножье раскрылось, явив свои огненные недра. Преследователи бежали в испуге от гнева божьего, а он, исхудавший и обмороженный, продолжил свой путь в одиночестве. Он понимал, что назад дороги нет, а весь мир так и не узнает о его подвиге, но страсть и воля, что шли с ним рука об руку всю жизнь, толкали его вперед. Пока он не достиг вершины и не увидел Его.

Глаза отказывались верить происходящему. И хотя перед ним был, казалось бы, обычный человек, это было не так. Четыре сущности, о которых слагали легенды, явились в этот мир, чтобы поглотить его, но хозяин горы их смел одним ударом, а после уселся на горный снег, не ощущая холода, и просидел всю ночь в раздумьях. Он глядел в ночное небо и плакал, он встретил рассвет с улыбкой, а затем попрощался с этим миром, шагнув в созданный им портал. Но он так и не заметил одинокую полуживую фигуру в сугробе, что была обычным человеком, дерзнувшим бросить вызов святой вере.

И Михаил решился. Он знал, что не выживет и на оставшихся силах прополз, казалось, непреодолимые метры по глубоким сугробам. Он последний раз вдохнул воздух этого мира и последовал за Ним в неизвестность.

Пришло умиротворение… Он больше не чувствовал жажды и холода, не чувствовал потребности в еде или сне. Он плыл среди мириадов огней, слышал все звуки и голоса вселенной. Он лишился своего тела, но каким-то образом жил. И главное — теперь он познал суть мироздания. Он стал его частицей и получил знания, недоступные ни одному человеку. Эфир, что пропитывал его, принес их и сделал его частью. Он узнал о тысячах миров и миллионах их обитателей, познал их речь, их желания и страхи, впитал в себя понятия о магии и иных измерениях.

— Как ты оказался в Пантеоне, смертный? — звук, раздался отовсюду, шептал в его голове и гремел снаружи.

— Я не знаю…

— Кажется, кто-то последовал вслед за преступным Хранителем, забывшем закрыть портал, — второй голос был удивительно мягким и теплым. Он ласкал изнутри, задевал каждую потаенную струну души и лучился счастьем.