— Недомерок, — раздалось за спиной, — Ты совсем оборзел?

Я обернулся и увидел Гэнтона в компании двух его друзей.

— Мне надо поговорить с тобой. — Я попытался, чтобы моя речь звучала как можно спокойнее. — Наедине.

Он кивнул парням головой в сторону свободного стола и те послушно удалились, периодически поглядывая на нас.

— Ты труп, — спокойно произнес Гэнтон и выставил свою еду на стол, после чего наклонился ко мне и прошептал, — Как тебе твой дружок? Понравилось?

— Гэнтон, извини меня, я не хочу с тобой ссориться, — произнес я и отвел глаза, оценивая обстановку вокруг. Плохо. То и дело я натыкался на чей-нибудь взгляд. Подменить стаканы незаметно не получится, такое движение обязательно привлечет внимание.

— Да мне насрать, чего ты там хочешь, недомерок. Раньше надо было думать, — процедил он, стараясь чтобы окружающие не слышали его угрозы. Значит ему тоже невыгодно внимание?

Я придумал!

— Ну прости! — сделав жалостливый вид я рассеяно потянулся за соком и «случайно» взял его стакан, а затем сделал большой глоток.

— Ну ты и тварь! Это мой стакан, пошел отсюда вон, — прошипел он и схватил мой, который стоял не тронутый. — Пошел вон, я сказал. И забери свою жратву вместе с соком, я не буду пить после такого отребья.

На моем лице отобразилось растерянность, грозящая перейти в слезы.

— Только заной, сука, и ты не доживешь до завтра.

Я сделал испуганный вид и поспешил убраться за дальний столик. Дружки Гэнтона пересели к нему и начали что-то обсуждать, громко хохоча. А он спокойно выпил мой стакан с амарисой до дна. Получилось! Я покинул столовую, прихватив со стола дешевую стальную ложку. Она мне очень пригодится.

Теперь осталось дождаться ночи. Вернувшись в общежитие, я застал свою комнату полностью прибранной, а кровать Дони стояла как ни в чем не бывало, только без постельного белья и на нее уже положили новый матрас.

— Сегодня я отомщу за тебя Дони, — произнес я, глядя на пустующую койку. — Осталось немного.

Когда стемнело и прозвучал рожок, сигнализирующий отбой, я подошел к окну и выглянул на улицу. Дорожки были освещены сколитными фонарями и сейчас я ждал, когда по ним пройдут дежурные ученики старших курсов. Когда патруль показался, я закрыл комнату на ключ и приоткрыл окошко. Едва они исчезли за поворотом, вылез в форточку и перебрался по подоконнику к водостоку. Это было не трудно, поскольку моя комната была самой последней на этаже. Высоты я почти не боялся; там, на каравелле Джаиля, было куда страшнее.

Съехал вниз по трубе, огляделся, и, не обнаружив никого, начал аккуратно через кусты пробираться к общежитию второкурсников. Иногда приходилось замирать и прятаться в листве, когда мимо проходил очередной патруль. Добрался без лишних приключений, так и не выдав себя.