Словно подтверждая его слова, два человека предприняли попытку выскочить из здания кафе. Глупо и безрезультатно. С десятка метров даже я без проблем пробил одному нижнюю часть лица, а второму попал в открытый участок шеи. От этого второго шибануло эмоцией боли, но та быстро стихла.

— Потому я и предпочитаю бой на дальних дистанциях, — заметил Следящий. — Отлично сработал. На будущее учти и убивай на большем расстоянии, чтобы тебя самого не дезориентировала чужая боль.

— Вас, может, пока перевязать? — спросил я, наблюдая за растекающейся под телом Краснова лужей крови.

— Это фигня. Я умру не от этого, — мрачно ответил мужчина. — Прикрой глаза и сосредоточься на ощущениях. Стреляй по направлению, которое чувствуешь, а не видишь.

И он снова возобновил стрельбу из автомата по скрывавшимся за углом. Совершенно бесполезное занятие. Насколько я понял из своих эмоций, тем людям (не знаю сколько их, но не больше трёх-четырёх человек) автоматные очереди вообще не причинили вреда. Высунуться они не могли, но напролом не лезли, ожидая непонятно чего.

По совету Краснова я предпринял попытку полностью перейти на интуитивный уровень, не смотря глазами. Сам не понял, почему решил дать залп вверх. Но уже спустя секунду сообразил, что мы за выстрелами не услышали звук вертолёта. Громыхал автомат Краснова, бились кирпичи, бандиты за зданием периодически огрызались в ответ. На этом фоне шум винтов маленького гражданского вертолёта никто не услышал.

Грузовик перестал быть для нас укрытием. Правда, я немного опередил телепатов. Куда попал, не заметил, но технику качнуло. Стрелять я продолжил. С удовлетворением отметил, как треснул пластик лобового стекла, как следом оно же окрасилось в красный цвет.

Я стрелял и стрелял. Секунда на смену магазина и снова огонь. Плечо пульсировало тупой болью, настолько его отбило прикладом. Зато я знал и был уверен, что сегодня не умру. И пусть кто-то там из вертолёта стрелял в ответ, пусть мозг пронизан эмоциями не моей боли, я продолжал посылать смерть и мою ненависть тем, кто был в вертолёте.

Стрелять оттуда вскоре перестали. Пилота я наверняка зацепил. Надеюсь, что в и важные узлы техники попал. Вертолёт, выделывая странные пируэты, начал удаляться на юг. Я от досады чуть не кинулся бежать за ним следом, но вовремя среагировал на эмоцию паники, исходящую от кого-то за зданием кафе.

Краснов уже не стрелял. Уткнувшись лицом в землю, он не двигался. Мне не требовалось его проверять, чтобы понять, что Следящий погиб.

Такая злость взяла! Не задумываясь, на одних предчувствиях кинулся в сторону двери кафе. Пробежал здание насквозь и выскочил с противоположной стороны.