— И что-то изменилось, — задумался я.

— Вот именно. Ищи, прикидывай. Ты же у нас умный мальчик. Давай лучше тебе маяк вколем и вот этот браслет нацепи. Ещё медальон и второй чип за ухом на случай, если первый дезактивируют, — решила мама усилить меры безопасности.

Пообещав маме подумать и почесывая кожу в местах вживления маяка и второго чипа, я ушёл в свою комнату. Приятно, что она верит в мои умственные способности, считая, что я реально просчитываю любую ситуацию на шаг вперёд. На самом деле мне помогают уникальная интуиция и предвидение. Хотя сопоставить некие факты и сделать выводы я тоже умею.

Было бы что сопоставлять!

Раз за разом я прогонял в уме имеющиеся у меня факты. Ничего в нашей семье не менялось в последние годы. Родители работали на заводе. Я учился. Неон учился и работал. Не было ничего такого, что могло как-то спровоцировать или подтолкнуть «тех».

И тем не менее события лета неслись вскачь, и все с паршивыми последствиями.

Прокрутив в уме и так и эдак вероятные изменения в жизни Журавлёвых, к своему неудовольствию, пришёл к выводу, что они связаны со мной. Только я имел какие-то подвижки, отличные от прошлогодних. И связаны они с не менее странной социальной группой.

Интуитивно я давно понимал, что придётся идти к Вовке и задавать ему прямые вопросы. Разговаривать по браслету мне не хотелось. Хотел увидеть Вовку, почувствовать его эмоции и понимать наверняка, где он соврал или недоговорил всей правды.

В отличие от какого-то абстрактного ключа, который меня совершенно не волновал, смерть ребят потрясла. К тому же я понимал, что найти без подсказки ключ невозможно. Две трети Москвы в развалинах, которые годами будут вывозить на свалку. Если я просто отойду метров на сто от дома и припрячу предмет в одном из старых подвалов, то фиг кто отыщет. Тот ключ наверняка не электронный, а в виде предмета. Искать можно столетиями, и то сомнительно, что найдёшь.

От мамы узнать секретные сведения не получится — на ней чипов столько, что активируются они при любой мысленной команде и мгновенно умертвят носителя секрета.

Кстати, интересная тема. Меня и Неона, похоже, хотели захватить, чтобы шантажировать маму. Успешность такой операции процентов пятьдесят. Нет никакой уверенности, что мама обменяла бы меня на сверхсекретную информацию. Такой идиотский поступок мог совершить лишь тот, кто незнаком с Венерой Николаевной лично. Следовательно, можно всех подозреваемых из списка вычеркивать. М-да… проблема. Значит, нужен был не ключ, а другая информация. В любом случае с Вовкой требуется поговорить.