— Вот в наше время…

Договорить свою любимую фразу Жерар не успел. В двери синода протиснулась пара братьев Искоренителей, отправленных в Нижний Город — Скальдер и Шампир. Аббат, довольно улыбаясь, едва ли не побежал к ним…

— Где та молодая эльфийка? — подойдя к двум подозрительно тихим священникам, Жерар аж сглотнул от вожделения. — Я первый, слышите! Первый, кто её допросит. Потом вы… Вы, кстати, чего молчите? И где тот старый слуга?

Псина Скальдер с некой мольбой в глазах глянул на добрячка Шампира. Тот, не произнеся ни слова, достал из кармана вдвое сложенную записку и протянул аббату.

— Чего? — Жерар принял бумажку и поникшим голосом произнёс. — Их дома не было? Или еретики сбежали? Тогда, может, вызвать подмогу? Я клич дам, и их мигом объявят в розыск по Теону.

Священники в ответ снова промолчали, взглядом указывая на записку. Развернув её, аббат вскоре увидел текст:

«Выпуская бешеных собак из дома, не забывайте надевать на них поводки с намордниками. Без уважения, мастер-целитель Макс Граут».

Удивлённый посланием, Жерар ещё раз прочитал записку, перевернул листок.

— Что там случилось? — аббат гневно потряс бумажкой. — Где еретики? Скажите уже хоть слово!

Псина Скальдер густо покраснел и, сжав кулаки, впился взглядом в Шампира. Добряк-священник в ответ покачал головой. Его лицо приняло одухотворённый вид, будто тридцать минут назад он принял Обет Молчания, и из его уст больше не прозвучит ни слова.

Скрипнув зубами, Скальдер покраснел так, что, казалось, вот-вот вспыхнет, словно спичка. Священник зачем-то повернулся к удивлённому аббату спиной. Затем нагнулся, заодно раздвигая полы разодранной в хлам одежды. Наконец, Скальдер раздвинул руками булки…

— На нас напали, аббат Кватро, — донеслось из…

От увиденного Жерар впал в ступор.

*Цзиньк*

Из места, откуда у Скальдера донёсся голос, выпала золотая карточка удостоверения — символ священнослужителя Иссу. Стоящий рядом Шампир тут же отвернулся, будто ничего не произошло.

— Б-брат, — Жерар медленно повернулся к добряку. — А где твоё удостоверение?

Ответом было гробовое молчание. Одухотворённое лицо Шампира едва ли не кричало:«Я буду хранить Обет Молчания до конца своих дней».

— На нас напали, — снова произнёс Скальдер, стоя в крайне неприличной позе. — Аббат Кватро…

— Молчи, — Жерар и сам отвернулся. — О великий Иссу! Кто же знал в твоих святых стенах, что сразу два священника откроют в себе дар чревовещания…

Аббат прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Сам факт нападения на Искоренителей Хулы — тягчайшее преступление. Кто же знал, что лжецелитель даст настолько яростный отпор. Скрутил и изменил тела двух священников-ветеранов [2]. Да так, что на них без слёз теперь не взглянешь.