* * *

Сначала наши посиделки фактически проходили в тесном семейном кругу, но в районе одиннадцати часов вечера уже опытная Мария заявила Варваре, жавшейся к отцу, что мужчинам надо обсудить свои важные дела, а их обеих уже заждались подружки.

Дела мы обсуждали недолго — в рапортах ситуация была изложена подробно, а вот когда родитель озвучил подозрения насчет Римской католической церкви, мы натуральным образом выпали в осадок!

— Этим-то я каким боком дорогу перешел?

— Вполне может быть, что самим фактом своего существования, сынок, — вздохнул родитель.

И он, не углубляясь в подробности, озвучил возможные осложнения в вопросе престолонаследия, кинув в конце:

— Еще возможен вариант, что католические ордены знают про тебя то, чего не знаешь даже ты.

Взгляд отца был очень красноречив, и я сразу же вспомнил тот наш с ним разговор, касающийся некоторых из моих способностей.

— Понятно, — протянул я, решив побеседовать с ним отдельно.

Эта «грустная» тема заглохла сама собой, а на смену ей пришли разговоры о визитах королей Франции и Италии. Потом я болтал с дедом Мишей, который все норовил потрепать меня по седым волосам и грозился лично расправиться с тварями, которые стоят за нападениями. Они с дедом Владимиром ушли во втором часу ночи, и тут очередной закидон выдал Ванюша:

— Николаич, — колдун преданно смотрел на моего отца, — не вели казнить, вели миловать!

— Кайся уже, грешник, — родитель вяло махнул рукой.

— Николаич, никакой я не герой! А жертва гордыни и стяжательства!

— Продолжай…

— Не спасал я царевича! Это он все сам сделал, а потом меня спас!

И под хмурыми взглядами Прохора с Владимиром Ивановичем и удивленными Коли с Сашей колдун изложил истинную картину событий.

Отец с минуту разглядывал Ванюшу, потом повернулся ко мне:

— Не врет?

— Не врет, — кивнул я.

— Нет, господа, — вздохнул родитель и припечатал, — именно что врет. А в рапортах все указано верно. Так ведь, Ванюша?

— Получается, так, — улыбался быстро сориентировавшийся колдун. — Николаич, а я на потомственное дворянство за подвиг могу рассчитывать?

— Будем думать, — хмыкнул родитель. — Но если Лешка перед государем похлопочет, то… — и неопределенный жест руки.

— Похлопочу, куда я денусь.

И только Ваня собрался пропеть мне очередную осанну, как родитель его прервал:

— Алексей, пойдем-ка подышим на балкон… — И уже на балконе он продолжил: — Сынок, строго между нами! — Я кивнул. — Родом после вчерашних событий принято решение о твоей срочной женитьбе. Кандидатуры ровно две: Демидова и Шереметьева, — но в приоритете Демидова. Я тебя предупредил, а ты думай. — Отец остановил решившего высказаться меня. — Теперь по твоим способностям. Любая информация дальше Прохора, Вани, Володи и меня уходить не должна.