Но его рассказ, словно эстафету, подхватила Зубова.
— Но утром нам всё равно пришлось ехать на Яузу в табор, чтобы отдать все драгоценности обратно Лачо. Он долго рассказывал о том, что это позор ему, но всё забрал обратно. Думаю, об этом позоре никто и не узнает.
— Мне больше понравилось, как он после всего посмотрел нам за спины, — добавил Илья Сергеевич. — И проговорил с вытянутым лицом: «А конь?»
И тут они с Зубовой просто сложились от смеха. Наша компания даже стала привлекать к себе внимание, поэтому мы постарались вести себя тише.
Я ещё пытался оглядеть присутствующих. Хотя сделать это из-за огромного количества присутствующих было практически невозможно. Но несколько человек мне бросились в глаза. Во-первых, Николай Григорьевич Туманов, в одиночку стоящий в углу зала и сверлящий взглядом свои ботинки. К нему никто не подходил, не здоровался, не приветствовал.
В похожей ситуации оказался и князь Серпухов, но этот совсем по другой причине. Я видел запись, где он размахивал лопаткой и грозился всё рассказать папе. Этот пытался найти кого-то взглядом, но у него не получалось.
От созерцания высшего общества меня отвлёк Тимур Туманов, подошедший со скорбной физиономией. Вот с кем я не хотел бы общаться из родни Игоря, так это с кузеном и его отцом. Но слишком уж кислый у него был вид.
— Игорь, прости меня, пожалуйста, — сказал он и смотрел в глаза так, как даже профессиональные нищие не умеют. — Я очень виноват перед тобой, но мне нужна твоя помощь.
— Пу-пу-пу, — тяжело вздохнул я, всем своим видом показывая, что не хочу с ним общаться ни единой минуты.
— Ну хочешь, я перед тобой на колени встану? — чуть ли не со слезами спросил он. — Мне, правда, очень нужна помощь.
— Да, говори уже, — не выдержал я, — не тяни котопса за пса.
Он даже не улыбнулся. Хорошо, больше не буду.
— Игорь, дорогой мой, я к тебе всегда, как к родному брату…
— Говори! — рявкнул я.
— Спаси меня от брака с Глашкой Селивановой! Она же меня сожрёт и даже не подавится! Там такое чудовище, что твой трёхголовый пёс ёлочной игрушкой покажется!
Я, конечно, удивился тому, что он знает про Дезика. Хотя, кто теперь про него не знает? Да это сейчас было и не столь важно.
— Назови мне хотя бы одну причину, по которой я должен тебе помогать, — раздельно, печатая каждое слово, чтобы оно воспринималось Тимуром, проговорил я. — У меня таких нет.
— Я знаю, кто против тебя копал и кто хотел тебя убить, — выдохнув, словно на что-то решился, проговорил человек, которого Игорь когда-то считал своим братом.
— Допустим, заинтересовал, — слегка наклонив голову, сказал на это я.