— Как это нет? — я уже хотел открыть глаза, чтобы удивлённо посмотреть на Игоря, но затем вовремя вспомнил, что разговариваем мы внутри сознания. — Я же видел в твоих воспоминаниях, что ты вызывал туман перед самой аварией.

— Это не совсем то, — сегодня мы явно разговаривали на темы, которые Туманов не любил, и ему в них было очень некомфортно. — Это филигранная, наработанная годами работа с водной магией. Со стихией матери. Я делал пар, добавлял в него лёд. А уже потом это стало для меня настолько обыденным, что перестал замечать, что пользуюсь не туманом.

— Если бы не отец, да? — подсказал я, представляя, во что мог Туманов-старший превратить жизнь подростка.

— Да, — Игорь грустно усмехнулся. — Он никогда мне не давал забыть, что я пользуюсь магией неправильно. Не так, как многочисленные поколения его предков. И неважно, что результат мало отличается. В конце концов, что такое туман? Та же вода, висящая в воздухе. Но ему ничего не докажешь.

— С этим понятно, — проговорил я, ставя галочку в семейных взаимоотношениях. — Поехали дальше. Почему он требовал деньги за операцию?

— Если честно, я не знаю, — Игорь снова усмехнулся, но уже так, словно удачно пошутил. — Не знаю, откуда он их вообще взял. Мы — обедневшие князья. У нас из всего имущества — квартира в Москве да небольшой особнячок под Смоленском. И всё. Учились мы не по заграницам, а дома. Я даже не удивлюсь, если Светку скоро на торги выставят за калым, чтобы поправить финансовое положение семьи. Кажется, что отца останавливает только возраст сестры. Всё-таки до восемнадцати продавать совсем неприлично. В смысле, выдавать замуж.

Тут я уже, конечно, не выдержал, открыл глаза и сел в кресле прямо.

— Скажи мне, как князь богу, мы с тобой, что, голодранцы? — выпалил я, осознавая, что лечу неизвестно куда из шика Монте-Карло в убогость Смоленщины, где бы это ни было.

— Нет, ну сейчас-то у нас с тобой неплохой капиталец есть, благодаря директору клиники и Карлито, — он визуализировал в сознании чемодан денег, который я вообще за что-то крупное не считал. Так, на карманные расходы. Лучше была бы карта, но ныне банки отслеживают все большие, по их мнению, суммы и могут заморозить счёт. Так что приходится, как пещерным людям, мучится с наличкой. — Но семья моя — да, очень бедная. Да и титул мне, как младшему сыну, тоже вряд ли светит.

— А чего же это? — у меня почему-то взыграл интерес: старинный род, много поколений успешных князей и тут обнищание. — Почему твой отец не приведёт семью к процветанию?

— Покер, — коротко ответил Туманов. — Каждую субботу он идёт в мужской клуб и оставляет там немалую сумму денег. На моей памяти выиграл он однажды… Да и то просадил весь выигрыш за следующий же месяц. Болезнью это не считается, так что слова поперёк никто сказать не может. А долги растут.