— Окружа-а-ай! — мгновенно активизировались стражи города. — Ждите, пока откроет пасть!

— Приготовьте бомбы!

— Жда-а-ать!

Занятное чудище для охоты, и я бы с радостью присоединился к остальным. Если бы голову не сдавливало невидимыми тисками, а измотанное тело отчаянно не требовало отдыха.

— Сзади, господин! — послышалось рядом, а за спиной прогремело нечто, после чего спину оросили зловонные брызги.

Еще один мужчина в черном пальто стремительно приближался ко мне со странным устройством в руках. Похожим на толстую металлическую палку с рукоятью. Готов был поклясться, что палка эта дымилась на конце. Какое-то новое магическое приспособление?..

— Гриша? — запыхавшись, притормозил незнакомец рядом со мной. Обращался он сейчас не ко мне, а к мужчине, повисшем на моем плече. — Ты как?

— Жить будет, — ответил я за него.

Тот кивнул. Очередной неизвестный, которому я знаком, но который совершенно незнаком мне. Буду разбираться, как только свалим отсюда.

Хороший боец знает, когда идти в атаку, а когда отступить, потому что хороший боец — живой боец. Я вовсе не о дезертирах, потому что дезертир — тот, кто отступает, будучи готовым дать отпор. Но продолжать охоту в таком состоянии — самоубийство.

— Пройдемте за мной, господин, — коротко поклонился второй неизвестный. — Охотники разберутся и без вашей помощи.

— Там женщина, — спохватился я, указав в сторону переулка, из которого выбрался не так давно. — Вероятно, она будет вам знакома.

— Женщина?..

— Она пожертвовала своей жизнью, прикрыв меня, когда я был без сознания, — поведал я, скорчив скорбную мину. — Достойная смерть.

— Да, господин. Да упокоит Троица ее душу.… — немного стушевался мужчина, поглядывая то на меня, то на каменного змея, вокруг которого сконцентрировалась толпа так называемых охотников. — Но в первую очередь нам нужно позаботиться о вас. Прошу вас, следуйте за мной!

Под аккомпанемент криков и рёва чудищ мы направились прочь с площади. Второй незнакомец подхватил первого, избавляя меня от балласта.

— Быстрее, быстрее, господин! — подгонял он меня. — Госпожа ожидает только вас!

— Госпожа?.. — замедлился я.

Образ Талии промелькнул где-то на периферии сознания. Весь последний век, будучи у нее в услужении, я слышал подобное обращение лишь к ней одной. И в настоящий момент был абсолютно не готов к нашей новой встрече.

— Заклинаю Троицей, господин, поторопитесь!

Но богиня истины и справедливого суда никогда не являлась смертным. Никому, кроме меня. Могли ли люди в черных пальто стать для Талии исключением? Скорее, нет, чем да.