— Только вот боюсь, там мы найдем совсем не отца… — ответил я.
Наши взгляды пересеклись. Уверен, мы оба подумали об одном и том же — это точно засада.
— Вы нарисовали все, что хотели? —уточнил я, осматривая карту на столе.
— Кажется, да… — протянул дядя. — Если все, что ты говоришь, правда, эти люди должны ответить за попытку навредить нашей семье!
— В таком случае, — сказал я, вытирая украшение о рубаху, —мы вернем реликвию и соберем небольшой отряд. Я его возглавлю. Проверим наши предположения.
Дядя кивнул.
Оттирать медальон до конца не стал, оставив остатки крови. Намекнем, что план наших недоброжелателей сработал, чтобы они и дальше думали, будто все идет по плану.
— Когда прибудут послы? —уточнил я.
— Завтра. В середине дня, —ответил мне дядя.
— В таком случае… найдите мне лоскут ткани, пожалуйста, — заозирался я.
Глава 21
Я завернул медальон в поданный мне платок — пока он не попадет в руки к нашим гостям, его лучше никому не трогать.
— Оставьте украшение так. Кто знает, что за заклинания они еще могли вложить внутрь, — сказал я, передавая дяде сверток.
— Хорошо, — он вернул украшение обратно в шкаф и запер на замок.
И снова посмотрел на карту.
— Я соберу людей, — сказал Валерий.
— Но только тех, кому доверяете, —добавил я.
Мы все еще не знаем, есть ли среди нас засланцы, поэтому стоит быть пока осторожнее.
— Берите только тех, кто сам согласится. Все-таки не каждый готов убивать людей, —посмотрел я в глаза Валерию.
— А ты, значит, готов?.. — спросил он серьезно.
Я от неожиданного вопроса даже опешил. Да, а почему вдруг Александр готов убивать других людей?..
— Сашка, которого я знаю, хоть и был немного… хех, критичным к людям, но никогда не был убийцей, —проговорил Валерий, впервые за этот час улыбнувшись.
Да, вы удивитесь, как сильно изменился ваш племянник. Очень удивитесь…
— Если мы будем относиться ко всем нашим врагам «по-людски», от нас ничего не останется, —ответил я. — Они сами объявили нам, фактически, войну. На войне умирают люди. Такие конфликты не решаются бескровно.
Александр не был воином, он не участвовал в битвах и не сражался по-настоящему, только на тренировочной площадке. Это я не учел.
А я и сражался, и убивал. Только слепой не заметит разницы.
— Ты, конечно, прав… — задумчиво посмотрел на меня мужчина. — А знаешь, ты сильно изменился с нашей последней встречи.
— Когда отец исчез, пришлось быстро повзрослеть, — улыбнулся я Валерию.
Он кивнул, задумчиво уставившись в стол.
— Я сообщу тебе, когда соберу бойцов, — проговорил он. Затем на секунду замолчал и неожиданно хлопнул себя по лбу: — Точно! Я чуть не забыл!