— Тогда за тебя ответит твой брат.

— Не может быть всё так просто, — рейдер с сомнением смотрел в глаза Дима. — Должен быть ещё какой-то подвох или пункт, прописанный мелким шрифтом.

— Ты прав, на самом деле есть и еще кое-что, — ответил Дим, доставая из разгрузки самодельный децимационный ошейник и что-то, отдаленно напоминающее пистолет. — ты умеешь колоть татуировки?

* * *

— Не сдерживайся, Марк. Плачь! — Кир подтрунивал над другом.

Он уже не раз просил рейдера в оранжевом ошейники дать ему попробовать сделать черточку на теле друга, но Хазар оставался непреклонным. Дим сидел рядом и был лишь молчаливым слушателем. В кармане у него лежал пульт от децимационного ошейника, большой палец был на главной кнопке. Так. На всякий случай.

— Отвали, балабол, — огрызнулся на него Марк. — Тебе это только предстоит.

— Да я это к тому, дружище, — продолжал балагурить Кир. — Что Эва даже не пикнула. А её лиса раза в полтора больше чем твой ворон.

— У женщин гораздо ниже болевой порог, — встрял в их перепалку Хазар. — Не у всех конечно, но многих. Некоторые даже делают татуировки на самой нежной коже.

— Это где? — нестройно спросили Кир, Ян и Эва.

— Сиськи и…хм низ живота, — чуть помедлив ответил Хазар, бросив боязливый взгляд на Дима.

Он никак не отреагировал, а вот Эва залилась краской. Парни же многозначительно переглянулись. Причём все, даже Леон, который пытался изобразить мебель, хмыкнул себе под нос.

Ян решил вставить ремарку, наблюдая за работой тату мастера.

— Мне и Леону татуировки делала Старая Нэн — Старейшина Измайловского Яра. У неё не было никакой татуировочной машинки, только пучки игл и краска.

— Покажешь, парень? — неожиданно проявил интерес Хазар.

Здоровяк без лишних слов потянул с тело широкую льняную рубаху — один из экспортных товаров Третьего Рима. Хазару потребовался всего один взгляд, чтобы оценить работу старейшины деревни язычников.

— Грубая, топорная работа. Хочешь переделать? — спросил он, вернувшись к работе над вороном Марка.

— Нет! — слишком громко, почти хором ответили Леон и Ян.

После этого всем стало ясно, что это не просто какое-то украшения тела, а нечто большее. Мастер татуировок настаивать не стал. Хазар просто пожал плечами и продолжил работу.

— Но у меня будет просьба, — немного поколебавшись сказал Леон. Его палец уткнулся в левую грудь, там где находится сердце. — Вот здесь. Хочу имя «Алёна». Можно?

По небольшой комнате пронесся шепоток.

— Да здоровяк у нас влюбился! — попытался пошутить над своим первым номером Кир, но свял. Балагуру хватило одного тяжелого взгляда Леона.