Для Системы он был таким же Гражданином доминиона, как и вчерашние сироты. И если Система дала санкцию на ношение оружия внутри КУБа простым Гражданам Нового Ковчега, самому главному Инквизитору приходилось подчиниться.

На несколько секунд в зале повисла тишина, затем Висмут Искра поднял руку и произнес:

— Виновен! Предлагаю наказание: полное отчуждение собственности, инфокарт и патентов в пользу «Искра Тех», а также пожизненное заключение под стражу в частную тюрьму. Для Дима Сета разбор на органы — это слишком мягкое наказание. Он должен мучаться всю жизнь!

Вторым поднял руку Бехтерев старший, один из братьев, управляющих корпорацией «Кибер Джет». Каким бы самодуром Семён Бехтерев не был, Дим не мог не признать факт: их имплантанты — самое лучшее соотношение цена-качество.

— Виновен! Предлагаю наказание: полное отчуждение собственности, инфокарт и патентов в пользу доминиона, — затем он повернулся к сидящему рядом Висмуту. — Извини дружище, но одна только инфокарта «Кроссплатформенная система управления боевым андроидным ботом» — это слишком жирный кусок для одного тебя, — Затем он произнес уже громче, так чтобы слышали остальные. — В остальном поддерживаю предложенное наказание.

Третьим поднял руку Тимур Лобаев — глава корпорации «Лобаев Армс». он очень сильно выделялся на фоне остальных Технократов тем, что не пытался заигрывать с временем и презирал бодискульптинг. Поэтому он и выглядел соответствующе: настоящий старик в архаичных стеклянных очках, весь убеленный сединою и старческими пятнами на лице, его ноги уже не сгибались от хронического артрита, поэтому он сидел на инвалидной коляске.

Этот человек всем своим видом был образцом немощности старческого тела и несгибаемости мужского характера. От своих болячек он терпел боль, мочился через катетер в пластиковый мешок, но не подпустил к себе ни одного врача или медицинский бот. Это был человек старой школы, давно проводивший своих сверстников в лучший мир.

— Пока мы не узнаем мнение обвиняемого, его версию произошедшего, я не возьму грех на душу и не подпишу ему смертный приговор. — он даже не сказал, а продребезжал своим старческим, дрожащим голосом. — Воздерживаюсь!

Двое предыдущих ораторов посмотрели на него с непониманием, однако не стали вставлять свои реплики. Теперь настала очередь Дима говорить и сейчас весь зал и другие технократы смотрели на него. Парень усмехнулся под коллагеновой маской шутке судьбы: не каждому человеку представляется случай быть обвинителем на собственном суде!

Дим ещё раз окинул полный зал, унял дрожь в пальцах. И откуда она только взялась? Затем он встал и одним резким движением, словно сдирал хирургический пластырь, сорвал с лица полупрозрачную коллагеновую маску.