— Я же предложил вам сотрудничество и сразу сказал, что никаких претензий на ваш Доминион не имею.

— Люди много говорят, мальчик мой. Уверен, все присутствующие выдохнули бы с облегчением, если бы этот мальчик прострелил бы вам голову. В любом случае, я не о чем не жалею и согласен принять ваш гнев.

Старик смотрел на Дима так, как смотрят взрослые на маленьких неразумных детей. В его глазах не было ни страха, ни отчаяния. Он не собирался вымаливать прощение и просить оставить ему жизнь. Он не предлагал денег, чтобы искупить империалами свой поступок. Тимур Лобаев просто улыбался.

Дим молчал несколько секунд, переводя взгляд с одного Технократа на другого.

— Если бы у Вас получилось, Вы бы безусловно стали героем своего доминиона. Но у Вас не получилось и сейчас Вы ждете, что в порыве чувств я пристрелю вас. И в глазах высших Каст это сделает Вас героем, а меня превратит в хладнокровного убийцу стариков. Но ведь это была не главная цель, которой Вы хотели добиться. Правда?

Тимур Лобаев продолжал молчать, однако с его лица медленно сползла улыбка. И Дим продолжил.

— Вы стары. Ваше тело в последние годы приносит только боль, а органы начинают отказывать. Но моральные устои крепче, поэтому вы отказываетесь от трансплантологии и бодискульптинга. Все, чего вы хотели добиться этим поступком — красиво уйти из жизни. Единственное, чего Вы хотели — не хотели ждать. Не ждать, когда деменция полностью погасит Ваш рассудок. Не ждать, когда сила воли покинет Вас и вы застрелитесь в своем кабинете. Поэтому, я не собираюсь Вам мстить и оставлю честно доживать свой век.

Тимур Лабаев не выдержал. Он скрипят суставами встал со своего инвалидного кресла и с ненавистью посмотрел на Дима.

— А ты действительно очень умен, хоть и сопляк. Будь у других Технополитов хотя бы четверть твоего ума…

Договорить он не смог. Старик схватился за сердце и обратно осел в свою инвалидную коляску. Было видно, что ему плохо, Тимура накрыл сердечный приступ. Сказать точнее Дим не мог, он не был сведущ в медицине.

— Кто-нибудь, помогите ему! Вызовите врача! Господин Бехтерев! — раздалось из зала. Дим повернул голову и увидел, что слова принадлежали госпоже Герц. Однако, никто и пальцем не пошевелил, чтобы помочь Лобаеву.

— Он храбрее всех нас, потому что он не боится смерти. Тимур прожил достаточно долгую жизнь, я думаю, он бы не хотел, чтобы из-за нас прервалось его свидание с «костлявой». - тихо и размеренно произнес Бехтерев. Его молодое лицо очень контрастировало с настоящим возрастом и солидным жизненным опытом.