— Я это видел, — кивнул Халиф. — А ещё я видел как ты не побоялся и в одиночку остался сражаться с боевой машиной противника. А ещё я заметил, что управляя своим странным костюмом, тебе удалось повредить его. Я впечатлён. Что планируешь предпринять дальше?
— Мой господин, если вы позволите, то я хочу повторить операцию.
Султан рассмеялся.
— Ты думаешь он так глуп? И потом, после твоей аферы у нас не осталось боевых ботов. Как же ты собираешься его уничтожить?
— Ром Лерм — прямолинейный идиот абсолютно не боящийся за свою жизнь. Что же по поводу Огневой мощи. Стамбул это величайший и самый защищенный город! Цепь фортификационных башен у восточных ворот неприступна даже для армады. Что уж говорить про единичную и плохо защищенную машину, которая только и может что оставаться невидимой.
— Ты предлагаешь развернуть орудия в сторону города? — Талим подавился от возмущения. Ты представляешь что будет если произойдет хотя бы один залп по жилым районам?
— Встань. Я одобряю твой замысел, — произнес Султан. — А ты, мой дорогой сын, — теперь в его голосе зазвучал металл. — Будешь отвечать за стрельбу башен. Посади своих лучших наводчиков и стрелков. И не смей меня подвести во второй раз.
Глава 19
Перед грядущей операцией Талим собрал кажется всех бойцов города. Высокие, плечистые, одинаковые, точно клоны, мамлюки одним своим видом вызывали гордость за армию Халифата.
И насколько же мамлюки выглядели неотразимыми, настолько же убогими смотрелись Тимны — юродивые киборги что обслуживали Око и несли свой пост в отделениях боевых турелей. Нескладные, почти горбатые от постоянного сидения за консолью управления, наводчики турелей. Тощие и безглазые корректировщики. Из-за количества аугментации в организме уже мало походили на людей. Операторы силовых щитов и механики-заряжающие выглядели не лучше.
И чем-то средним между этими крайностями войск были каардины. В Стамбуле они выполняли роль и таможенников и постовых на вратах. Но как и у других, главной их целью была защита сухопутных врат в Стамбул.
Талим медленно прошёл меж рядов, иногда заглядывая в глаза верных бойцов. И вот, встав перед боевыми отделениями, он начал.
— Верные воины Халифата, я собрал вас здесь, чтобы сообщить о том, что враг уже проник в сердце нашей империи.
После этих слов среди неровных боевых расчетов пробежал шепоток. Сразу стало ясно, что они не являются элитой. Нездоровые и кривые от долгих смен в неудобных ложементах им было тяжело даже стоять не говоря уже о том, чтобы идти в бой. Но Судьба распорядилась так, что именно эти кривые и аугментированные калеки, созданные исключительно для защиты стен, должны были стать основной боевой силой Стамбула.