— А этот сучонок, — нехорошо усмехаясь произнёс Майкл. — Он хорош, посмотрим как ты справишься…

Договорить он не успел, потому как в следующий момент основная сверх защищенная камера периферического зрения показала взрыв и потухла, транслируя через нейропорт пилота лишь темноту.

Как? Как ему удалось пробить иридий-сапфировое электростекло, котороя под напряжением способно выдержать едва ли не ядерный удар? Ведь разработка Технополиса считалось неуязвимой, и если бы не дороговизна, из неё делали бы всю броню ботов.

Майкл замолк. Его честолюбие не желало признавать свое поражение, но фактически его Егерь стал слепым как крот.

— Что будем делать? — произнёс Тревис, когда пилот, являвшийся командиром экипажа замок больше чем на минуту.

Штурман всё прекрасно понимал, поэтому ещё раз затребовав приказ но не дождавшись его, Трэвис Тодд активировал протокол экстренной катапультации.

Послушная механика зашелестела сервоприводами, которые раскручивали катапультационный трос, чтобы через секунду выстрелить обоими пилотами как можно дальше от поврежденной машины. Там, по приземлении, они выберутся из капсул, наденут рюкзаки со спасательным снаряжением и отстрелив сигнальные ракеты будут ждать эвакуационную команду.

Так и произошло. От перегрузки во время катапультации заложило уши, несмотря на компенсаторы из носа хлынула кровь, но молодой штурман, недавно закончивший академию, улыбался. Мечта стать пилотом была не его, а отца, который положил всю свою жизнь на то, чтобы его сын осуществил грезы старого башмачника Микаеля Тодда.

Майкл, который после катапультации отошёл от ступора и первым покинул ложемент пилота, не торопился надевать свой спасательный комплект. Прищурившись, он смотрел на свою, уже безжизненную машину.

— Майкл? — осторожно произнёс Тревис.

В его памяти еще были свежи воспоминания о том что обещал сделать его пилот, когда закончится этот бой.

Майкл не ответил. Вместо этого он начал потрошить рюкзак. Спустя несколько секунд в его руках оказался пистолет-пулемёт, который тут без раздумий пустил в действие.

Мелкокалиберные пули застрекотали по броне Егеря, только сейчас Тревис увидел, что его командир не ушёл в психологический срыв. Майк стремился «достать» ту черную тень, которая словно паук, карабкалась к распахнутому эвакуационному люку их боевой машины.

Было несколько попаданий, штурман точно видел искры, которые отскакивали от экзоброни диверсанта. Но в конце концов тот скрылся внутри Егеря, а ещё через минуту, казавшийся «мертвым» бот включил визоры и медленно, ориентируясь на показания тепловых камер, зашагал в сторону горящей базы.