Вода лилась на траву, дорожки, крышу виллы и примыкающих построек, на тела, лежащие у ворот, размывая лужи крови, на тело Кира, лежащее лицом вниз рядом с главным входом в виллу, у ступенек.

* * *

Ливень был такой, что разглядеть хоть что-то на расстоянии вытянутой руки было сложно. Тем не менее, аэрокар медленно летел по улице, вдоль дорогих и шикарных домов.

Время уже было позднее, большинство обитателей спали, хотя в паре домов горел свет — в одном, видимо, припозднившийся хозяин просто отдыхал, глядя какой-то голофильм: смена кадров давала причудливые оттенки цветов, которые было хорошо видно даже с улицы, даже несмотря на дождь.

В другом доме, скорее всего, была вечеринка, причем сейчас она набрала максимальные обороты — громкая музыка и пьяные веселые крики, женский псевдоиспуганный визг было отлично слышно.

Но пассажиров аэрокара эти два дома совершенно не интересовали.

Аэрокар еще больше снизил скорость, когда дорога пошла вдоль длинного и высокого забора, а затем машина и вовсе свернула с главной на узкую, ведущую к воротам, возле которых стояло два больших черных аэрокара. Это были модели, которые были очень популярны среди бандитов, причем исключительно среди боевиков дейкапи. Удобные, не броские, вместительные, а главное, в них полно места.

Аэрокар с неизвестными чуть ли не уткнулся носом в одну из таких машин.

Из салона выскочили трое — с водительского места четырехрукий крепыш, с пассажирского переднего и заднего еще двое.

У крепыша в руках был пистолет, и он его вскинул, держа оружие наготове, пошел вперед.

— Вот же черт! — буркнул он, увидев трупы возле машин, и принялся озираться, надеясь обнаружить угрозу.

Его товарищ, тоже вооруженный, но уже автоматом, держался куда спокойнее.

А вот третий, в руках которого было не оружие, а какой-то странного вида прибор, на первый взгляд собранный из всякого хлама, едва увидев трупы, занервничал, испугался.

— О, твою мать! Вот блин! — запричитал он.

— Да успокойся ты, — рыкнул на него четырехрукий, — эти жмурики тебя уже не укусят.

— Он где-то здесь. Он все еще тут! — продолжал нервничать третий. — Метров двести, не больше.

— Ну и отлично. Значит, сейчас его найдем, — заметил тип с автоматом.

— Да он же нас положит, как этих… — тип с прибором в руках был испуган не на шутку, и по нему было видно, насколько он хочет оказаться подальше отсюда.

— Ну, нас не положит. Мы же друзья, — хмыкнул четырехрукий.

— А ты умеешь успокоить, Вобан, — рассмеялся автоматчик, он же Хан.

— А меня-то за что? — жалобно пискнул третий — Кремень.