Взрыв откинул бронированного заражённого в коридор и частично обрушил и без того повреждённый дверной проём, перегородив вход для новых тварей. Правда, старые никуда не делись. Часть убило взрывами, часть мы перестреляли, но примерно половина, больше пятидесяти тварей, продолжали идти или ползти в нашу сторону.

— Поднимай всех! Выводи! — заорал я качающемуся Белкову, подавая пример и указывая на туннель. — Все вон!

— Не уйду! Без вас не уйду! — не слыша меня, но прекрасно понимая по жестикуляции, ответил инженер.

— Их, — ткнул я пальцем. — Их туда!

Не слушая, что ответит мужчина, я переключил автомат на одиночные и шагнул к заражённым. Они тоже не до конца пришли в себя, и регенерация выиграла мне несколько драгоценных секунд. Выстрел в голову, схватить за шею соседнего, выкачивая наниты и жизнь. Не для пополнения запаса, просто чтобы убить больше. Следующий.

Я игнорировал тех, кто уже полз, мешая сородичам атаковать. Стрелял лишь в самых опасных, а когда патроны в магазинах кончились, перешёл на пистолет. Но и его хватило не на долго, всего шестнадцать выстрелов. Последний громыхнул неожиданно сильно. Так, что даже пробился через вату в ушах, и огненный росчерк прошёл сразу через несколько тварей.

Вот только их было слишком много. Меня ударили по голени когтями. Зомби схватился за ногу, пытаясь дотянуться зубами. Отскочить, пнуть окованным ботинком лишь для того, чтобы тут же схватиться со следующим, перешагнувшим через валяющихся собратьев.

В ход пошли кулаки и пинки. Не знаю как, но в правой ладони оказался кинжал. А затем всё смешалось в едином столпотворении скалящихся пастей, оторванных конечностей и приближающихся фиолетовых глаз. Их было просто слишком много. Сколько бы я ни убивал, сколько бы ни резал… Не сдаваться!

Я перешёл через аномалию. Я выжил после заражения. Я надавал по морде грозовому тигру. Я прикончил элиту.

Я смогу!

Не отступать и не сдаваться!

Из моей глотки сам собой вырвался звериный рык. Мир вокруг потерял краски, но стал предельно отчётливым. Движения тварей же, наоборот, замедлились, словно они двигались в воде. А затем я почувствовал, как при ударе с моих пальцев срывается крохотная молния, цепью прошедшая по десятку столпившихся монстров.

— Да! Ещё! — в навалившемся кураже я ввинтился в кучу тварей, раздавая удары направо и налево, рвя скрюченными пальцами глотки, перерубая шеи кинжалом, разя молнией при каждом взмахе и не задумываясь, что происходит. Пока неожиданно не остался стоять в гордом одиночестве посреди горы трупов.

— Ваше благородие, — услышал я далёкий крик, резко обернулся, но увидел лишь держащего руки вверх Белкова. — Это я, ваше благородие… уходить нужно.