«Но ты же выкачиваешь информацию из чипов. Вряд ли там всё стандартное, должны быть и различия».
«Их хватает. Но большая их часть была направлена на спасение жизни носителя чипа. Больше девяносто пяти процентов всего кода — симуляция мозговой деятельности для контроля повреждённых тел, и она почти стандартная у всех. Пять последних процентов могут содержать как программные модули, которые я сканирую и храню, так и особо важную информацию».
«И среди этой информации — инженерной нет?»
«О, я, вероятно, не очень верно выразилась. Особо важную информацию для прошлого носителя. А у вас, людей, с логикой важности всё крайне странно. Например, у меня есть расписание уроков, календари менструальных циклов, просроченные пятьсот лет назад напоминания о встречах, коллекция фото и видео эротического, и не очень, содержания», — начала перечислять и даже демонстрировать Сара. От некоторых примеров хотелось провалиться сквозь землю. — «И всё это было помечено как важное или ценное. Возможно, нам когда-нибудь попадётся человек, который самым важным считал не свои каракули, а программы, на основе которых они были сделаны. Пока же будем довольствоваться продвинутым прицельным комплексом, анализатором улик и некоторыми другими программными блоками, применения которым я не нашла».
«Ладно, большинство людей — идиоты, тут спорить бесполезно. Но можно же пойти обратным путём? Самим создать программу, на основе которой наномашины будут выполнять нужные действия».
«Рой наномашин ведет себя как жидкость, и в большинстве своём подчиняется именно законам, распространяющимся на жидкости. По этой причине их так легко использовать в кровеносных сосудах, перекачивать между ёмкостями и так далее. Хочешь создать программу поведения для выполнения определенной операции? Ну скажем, смещения молекулы вещества в нужную сторону. Я могу тебе предоставить такую возможность. Тебе даже не понадобится знание языка программирования. Наблюдай, отдавай команды, проверяй выполнение работы и выбирай лучший из возможных результатов. Я на это выделю, ну скажем две миллиграмма нанитов. Развлекайся».
После этих слов у меня перед глазами появилась условная капелька. Очень и очень условная, потому что она фактически не имела объёма. По моему желанию она перемещалась по плоскости, могла разделяться на несколько, собираться обратно, окружать какую-то, опять условную, молекулу и толкая собой перемещать её.
В начале я обрадовался успехам. Ну что сложного — переместиться, взять то, что нужно и… а потом, собственно, до меня дошло то самое «И». Операции сложнее движения требовали четкого алгоритма выполнения, который для псевдожидкости очень сильно отличался от моего представления. Даже просто совместить два строительных «кирпичика» оказалось нетривиальной задачей, а уж что-то более сложное…