— Кто с вами? — раздался грубый, приглушённый голос с той стороны. Похоже, динамиками тут не пользовались.

— Соратник и побратим, — немедля ответила девушка.

— Мы обязаны его проверить, если ваш тотем его признал, то и мы впустим, — с некоторой заминкой ответил невидимый собеседник.

— Проверяйте, — с едва заметной запинкой сказала девушка, но, когда я потянулся к шару, немного сдвинулась, чтобы взять меня за свободную ладонь. Мгновение — и шар засиял зелёным, а вот Борзая нахмурилась.

— Проходите, ваши сиятельства! Комендант у себя, — донёсся голос из-за двери, и проверочный инструмент спрятался нишу, после чего дверь с лязгом приоткрылась и начала медленно отходить в сторону. Оценив её толщину, я тихо присвистнул — метра два не меньше, для чего они её ставили? Защиты от ядерного удара?

— Следуйте за мной, ваши сиятельства, — проговорил офицер, а встретивший нас у дверей явно рядовым не был: совсем другая форма. Но даже если бы его одеть как солдата, выправку не скроешь. Теперь под ногами была не утоптанная земля, а твёрдый бетон с едва заметными следами пыли. Тут прибирались, но звуки шагов вязли в ломанных линиях коридоров.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — встав на цыпочки и схватив меня за плечо, так чтобы я наклонился, спросила Борзая. Я лишь поднял бровь. — Ты говорил, что не давал клятву тотему, но проверку прошёл сам…

— Я рассказал тебе всё, что было, — ответил я, не собираясь вдаваться в подробности. Не здесь, не сейчас.

— Ладно, потом обсудим, — буркнула и недовольно замолчала девушка, когда я кивнул в сторону сопровождающего.

Петляя по коридорам, я невольно замечал особенности: все коридоры узкие (втроём не разминуться), ломанные (чтобы гасить ударную волну), с бойницами в ответвлениях и постами охраны. Штурмовать такие замучаешься. Каждый метр и поворот станет смертельной ловушкой, в которой одиночка легко будет сдерживать армию. Круче, пожалуй, была бы только отвесная лестница в небо.

На стенах и потолке были видны следы прошлых сражений: то там, то здесь виднелись выбоины и глубокие длинные царапины. Под потолком едва слышно гудела вентиляция. А с запахом плесени боролись крепкий мужской пот и хлорка. Укрепления явно не новые, не один раз побывавшие в бою, но ухоженные и поддерживаемые в работоспособном состоянии.

Единственное, что меня смущало — снаряжение солдат и офицеров, встреченных по дороге. И дело даже не в сложенных на постах металлических доспехах, а в патронах, расставленных на полках и копьях, прислонённых к стенам. Патронов было катастрофически мало. Не ящики, даже не по цинку на одну ячейку. Буквально обоймы по пять-десять патронов на человека.