— Меня благословил Асмодей! — возмутилась Ада отшатываясь. — Ты не можешь снять меня с должности! Ты меня назначил, но лишить силы уже не сможешь!

— А я не стану тебя лишать силы, я просто оторву тебе башку и назначу другого жреца, если еще раз ты попытаешься за моей спиной плести интриги, — пригрозил ей, сжимая кулаки. — Я понятно изъясняюсь?

Золотые глаза Ады гневно вспыхнули, но дьяволица все же поджала губы и склонила голову.

— Прости, мой повелитель, этого больше не повторится.

— Мне кажется, ты не воспринимаешь меня всерьез, — отвернувшись, проговорил я. — А ведь уже трое Героев подохли именно из-за такого подхода. Когда ты собиралась рассказать, что на тебя не действуют законы домена?..

Судя по взгляду, каким меня обожгла жрица, никогда. Но что тут попишешь?..

— Не вижу в этом проблемы, — заявила Ада, передернув плечами, отчего ее грудь, и без того соблазнительно выглядывающая из декольте, всколыхнулась. — Ты наместник Асмодея, но я — его жрица. И мы оба ему служим, просто каждый по-своему. И я не понимаю, в чем проблема, Дим.

Оставалось лишь вздохнуть. Конечно, если говорить общими словами, дьяволица совершенно права. Но, стоит переключиться на мелочи, теория совместного труда быстро переходит в реальность лебедя, рака и щуки. У них тоже была одна задача, только толку не вышло.

Хмыкнув, я пересказал ей басню, насколько помнил сам. С учетом, что сам с ней ознакомился много лет назад и всего один раз, вышло не в рифму, зато суть удалось передать. Несколько секунд Ада переваривала новую для себя информацию.

— Ты хочешь сказать, что, действуя за твоей спиной, я мешаю тебе выполнять волю Асмодея?

— Ну, примерно так, — кивнул я, уже окончательно успокоившись.

Может быть, я просто параноик, и события в Каморе подстегнули опасения. Однако я не помню ни одного случая из земной истории, когда двоевластие приводило к чему-то хорошему. Но не станешь же пересказывать такое уроженцу другого мира?

— Я тебя поняла, — наконец, кивнула Ада, обхватывая себя за плечи. — Должна признаться, я даже и мысли не допускала, что ты можешь в этом разглядеть измену. Прости меня, Дим, я больше не повторю этой ошибки.

— Второй раз за сегодня ты называешь меня по имени, — заметил я, нахмурив брови. — А ведь только что сама заявила…

— Прости меня, мой архидьявол, я больше не повторю этой ошибки, — поправилась жрица.

— Так-то лучше. Впредь не забывай, кому ты принадлежишь, — кивнул я, осторожно приподняв лицо дьяволицы за подбородок. — А теперь расскажи мне, какие у вас там, в крепости, новости?

Ада подалась вперед, прильнула ко мне упругой грудью и, томно вздохнув, сообщила: