— И чтобы ты сделал? — теперь заговорил Акайо. — Женился на его дочери? Привёл бы в Дом нищенку?

Джиро остановил сына, положив руку на его плечо. Тот сразу замолчал, понимая, что сболтнул лишнего. Ведь Шинджу тоже пришла не из знатного рода.

— Я не собирался брать её в жёны, — ответил ему. — Считаю, что слишком рано принимать такие решения. Но я хотел помочь вану, приютить в нашем поместье. Он мог бы…

— Тсукико, — перебил старик. — Во-первых, твой приятель был пьяницей. Представь, чтобы творилось у нас дома, если бы он жил под боком. Во-вторых, здесь работают ваны, которые из поколения в поколение прислуживают клану Ито. Мест на всех не хватит. Или я, по-твоему, должен выгнать семью, жившую здесь больше сотни лет, ради незнакомца?

— Нет, Ито-сама, — ответил я, опустив взор.

Он прав. Они оба правы. И всё же меня не отпускало чувство, что несправедливости. Ведь можно было что-то придумать, можно. Но что именно? Я не знал, а с ответом никто не спешил помочь.

— Но он обещал не пить.

— И ты ему поверил?

— Был уговор, если сорвётся, то получить плеть.

Старик довольно хмыкнул.

— Весомый аргумент, — произнёс он. — Но давай я расскажу тебе, что могло быть, если бы Акайо не отправил их обратно. Допустим, мы поселили их у нас. Для этого пришлось бы выгнать другую семью, но ведь тебе всё равно. И даже если твои знакомые и стали хорошо работать, ещё не значит, что они заслужили бы уважение от остальных ванов. Скорее, наоборот, их станут презирать. А подобный прецедент повлияет на нас. Тогда и другие крестьяне начнут сбегаться со всех окрестностей и требовать, чтобы их приютили. Как думаешь, что из этого может вырасти?

— Недовольство ванов.

— Именно, — продолжил тот. — К тому же, уверен, твой приятель бегал бы по всем окрестностях, разнося слухи, что скоро он породнится с нашим кланом, так как его дочь выйдет за тебя. Ведь именно это и произошло там, в деревне. Разве я неправ?

— Правы, Ито-сама.

И снова меня пробирала злость. Но не на кого-то из присутствующих. И даже не на глупого болтливого вана. А на саму ситуацию. На жизнь. Почему она так несправедлива?

— Пойми, Тсукико, — смягчился старик. — Мы не можем помочь всем. Пригреть и накормить. Стараемся подтолкнуть жителей нашего края к этому, даём им то, что в меру сил. Но если ваны сами не будут стремиться к благополучию, то, — развёл руками, — мы бессильны. Я не осуждаю твоего приятеля. Но Акайо дал ему достаточно денег, чтобы изменить не только свою, но и жизнь жены и дочери. А что тот сделал? Бегал по деревне и хвастался, что ты положил глаз на Мэй. Потом хвалился подарком. В итоге всё привело к тому, что мы имеем.