На мгновение противник оторопел и непонимающе уставился на меня.

— Что, разве Абари не говорил? Сидзаки мёртв. И теперь всё, что принадлежало ему — моё, — я остановился и с довольной улыбкой продолжил: — Так что будешь делать? Отдашь мне эти склады и девочек или решишь пободаться?

— Так ты знаешь?

— Я всё знаю.

Ещё пару мгновений он сомневался, но потом на роже расплылась наглая ухмылка.

— Ты ведь подкидыш, верно? В Дом Ито.

— Тебе-то что?

— А то, что я ненавижу Ито!

С этими словами он бросился на меня, вскинув оружие. Ударил сверху-вниз, но я успел подставить руку. Лезвие полоснуло по костюму из шкур мору. А когда ван увидел, что на мне даже следа не осталось, то удивлённо вскинул глаза.

В тот же момент мой кулак влетел тому в морду. Под пальцами хрустнул вражеский нос. Кровь окропила песок. Но ван не упал.

— Ах ты щено…

Второй удар свалил противника с ног. Он рухнул на спину, потеряв сознание. Я же шагнул вперёд и прокричал:

— Кто ещё против правил Поединка Чести⁈

Справа послышался свист. Я вскинул руку, согнутую в локте. По предплечью что-то слегка ударило, и под ноги свалилась поломанная стрела. Покосился в окно, откуда стреляли, и резким движением выхватил из-за пояса тонкое лезвие и метнул в ту сторону. Раздался сдавленный хрип, а следом звук рухнувшего тела.

— Кто следующий?

После такой демонстрации пыл у остальных поубавился. Бандиты (а по-другому их не назвать) попятились.

— Лучше сдавайтесь, иначе хуже будет, — произнёс я, делая шаг вперёд.

В тот же момент оставшиеся ваны ринулись прочь, кто куда.

— Взять их, — скомандовал я отряду, и солдаты пустились в погоню.

Изуди подошёл ко мне и пнул неподвижное тело бандита.

— Ты же понимаешь, что всех не поймаем? Нас мало, а они разбегутся по разным сторонам. Спрячутся в норах, как крысы.

— Знаю, — ответил я. — Но мы их найдём. Главное, вот этого разговорить, — кивнул на лежащего. — Рангику нам поможет. Свяжи его, а я осмотрюсь.

— Хорошо, — Изуди достал верёвку. — Но будь осторожен.

— Справлюсь. Не впервой.

С этими словами двинулся к ближайшему складу. И стоило мне открыть широкую дверь, как перед лицом блеснуло лезвие. Я успел уклониться и перехватить руку. Вывернул её до такой степени, что противник заорал от боли. Злость медленно заполняла душу.

Вот зачем ты лезешь? Я же могу сломать тебя пополам. Кстати…

В следующее мгновение его крик усилился. Снова хруст, и кости прорвались сквозь плоть.

— Пощади! — выдавил бандит, когда я отпустил его.

Зажимая рану, тот прижался к стене и обливался слезами. То ещё зрелище. Никакого достоинства. Стоит ли такого оставлять в живых?