Держу пари, что даже они не знают истинных возможностей друг друга, что уж говорить об остальных жителях Рейнеи. Однако в гильдии имелась толика информации о некоторых хранителях.
О Добромире было немного информации, но в отличие от Сильвара, она хотя бы имелась, а этот проклятый Хранитель леса Арин вообще темная лошадка в совершенно черном лесу.
На мой взгляд, он опаснее всех именно своей непредсказуемостью, а даже если он и не так силен, как мне кажется, то его шуточки доконают абсолютно любого. Возможно, он имеет серьезные ментальные способности, но с ним ни в чём нельзя быть уверенным.
Я встречал четырех хранителей. С Добромиром я сразу же сцепился, и тогда он навалял мне так, что я чуть на тот свет не отправился, но в тот раз я был сам виноват.
Всё же встреча произошла после ссоры с Алиррой, и я был на эмоциях, да и слишком слаб. В общем, умом я тогда не блистал, поэтому и решил потягаться с хранителем.
Потом я встретил Перьерата. Весьма жуткий дед, о котором есть информация в гильдии. Он бы неплохо вписался в наш состав. Такой же страшный мясник, который никогда не щадит врагов леса и обладает какими-то способностями, схожими с магией Тьмы.
А вот Сильвар. Он попросту игрался со мной, даже не показывая своей силы, а ведь тогда я уже был довольно силен, однако ничего не смог ему противопоставить, даже вместе с целой горой артефактов и редких зелий.
Четвертый же Хранитель заставил меня сильно задуматься. Странный старый дедушка, который казался старцем даже в сравнении с другими хранителями. Опята, которые росли на его голове, наверняка обладают какими-нибудь необычными эффектами, но узнать мне этого не удалось.
Зато разговор с этим лешим мне запомнился очень хорошо. Казалось, будто он видел будущее. И если взять во внимание произошедшие за это время события, то Леборави ни разу не ошибся. А его фраза о том, что мне ещё предстоит сразиться за свою семью с непреодолимой силой, сейчас совсем не вызывала усмешку.
Если учесть, что он предупредил меня, что передо мной встанет крайне тяжёлый выбор, от которого зависела моя судьба, то ему я был благодарен, пусть не тогда, но хотя бы сейчас это я понял.
После стольких лет я наконец-то стал больше думать и идти не только за зовом злости и гнева. Жаль только, что понимание о могуществе и его никчемности, когда ты совсем один, пришло только сейчас. Никакое могущество не поможет преодолеть одиночество. Да даже мой «дом» был попыткой это опровергнуть, но… не получилось этого сделать.
— Гинерт, вы чего так хмуритесь? — спросила эта орковская девчонка с мужеподобными чертами.