Мда, нужно как можно быстрее менять место жительства на этот мир, империя, судя по всему, никогда не даст роду Барсовых жить спокойно. А еще, учитывая, что выше определенного уровня там мне никогда не подняться, как бы я ни старался, враги у меня там будут постоянно. А по поводу Хранителей я все же удержался, хотя очень сильно хотел напомнить богу, что именно из-за него я вообще попал в поле зрения этих божественных сущностей.

— Ты так мягко намекаешь, что мне нужно вернуться в империю? — я усмехнулся, — а как же твой храм? Все же для того, чтобы привязать тебя к этому миру, я должен быть здесь, по крайней мере на открытии твоего храма. А возвращение в империю может затянуться, сам знаешь, там, где один враг, там и другой.

— Я не намекаю, я прямо об этом говорю, — Барс спрыгнул с валуна и подошел ко мне вплотную, — храм — важное дело, тут я с тобой согласен, но пока что всю силу я получаю из того мира, и если с родом Барсовых что-то произойдет, это ударит в том числе и по мне. И да, если ты не забыл, род — это не только члены твоей семьи, это все те, кто так или иначе верят в меня, и в империи их куда больше, чем в этом мире. Я не хочу терять силу, Герман, наш договор был предельно четким, ты делаешь то, что нужно мне, я награждаю тебя силой, разве нет?

— Ну-ну, не заводись, — я поморщился, — я всё прекрасно помню. Сегодня у меня есть дела в этом мире, а вот завтра, так и быть, я вернусь в империю. Может, скажешь, что за враг меня там ждет, надо же к этому подготовиться.

— Менталист, — коротко ответил Барс и ударом лапы вернул мою душу в тело. Твою налево, сколько раз уже это было, а я всё никак не могу к этому привыкнуть.

Очнулся я на полу, видимо, тело не удержалось на ногах и все же упало, и хорошо, что там был мягкий ковер, иначе бы я точно разбудил бы жену. Стоило мне только открыть глаза, как я увидел любопытную морду Грозы, которая, видимо, пыталась привести меня в чувство, пока я там с Барсом общался.

— Спасибо, моя хорошая, — я улыбнулся и, встав с пола, взял выдру на руки, — пойдем, покормлю тебя рыбкой, заслужила.

Дойдя до кухни, я достал из холодильника филе незнакомой мне рыбы, но местные клялись, что это самая дорогая рыба в мире и только очень богатые люди могут ее есть. Что ж, Гроза у меня, конечно, не человек, но она мне дороже всех этих богатых людей, поэтому, отрезав несколько хороших кусков рыбы, я дополнительно нарезал их на мелкие ломтики и поставил тарелку с этим великолепием перед выдрой.

— Держи, приятного аппетита, — еще раз погладив любительницу свежих морепродуктов по голове, я заметил в дверном проеме улыбающуюся Вику.