Незаметная издалека бронетехника летела гепардом по ровному полю, недалеко от стен города, в сторону входа в Аномалию. Скоро всё начнётся. Я уже приготовился затыкать уши ладонями, но мы внезапно остановились. В навалившейся тишине было слышно лишь спокойное дыхание бойцов и шуршание ветра о выступающие части броневика.

Я нашёл, как открывается бойница и припал к ней. Вдалеке, на фоне багряного закатного неба, поднимались клубы пыли, взбитой ногами сотен и тысяч монстров, объединившихся против общего врага — человека. Видимо, получив новые координаты, цепочка техники снова рванула вперёд, слегка изменив курс. Чтобы пыль не летела внутрь, я закрыл бойницу.

— Слышь, малой, больше никогда так не делай, — сказал сидевший напротив меня боец. — В следующий раз можешь глаз оставить на чьём-нибудь щупальце и гавкнуть не успеешь.

Он говорил спокойно, без неприязни, чистая констатация факта, обижаться не на что.

— Понял, спасибо, — сказал я и уставился в покачивающийся пол машины, потом закрыл глаза и начал медитировать, проверяя круги маны и заполняя их до отказа.

Если я правильно понял, мы сейчас обойдём стадо сбоку и сократим расстояние, чтобы была возможность их подразнить. И по мере приближения к мутировавшей орде, чувствовалось сгущение воздуха и усиленное давление энергии Аномалии на органы чувств. Хорошо было бы выяснить, что первично: всплеск энергии или миграция тварей. Явно ведь, что одно стимулирует другое. Мне настойчиво кажется, что именно эти энергетические протуберанцы влекут за собой биомассу, которая должна захватить территорию и очистить от всего живого.

После нескольких прыжков по неровностям грунта, броневик резко остановился, как следует встряхнув живое содержимое. Даже Мишаня чуть не вывалился из ячейки стрелка и сразу же вполз обратно, упоминая интимные подробности из жизни древних богов. А потом началась стрельба, к которой я оказался не готов, уши мгновенно ушли в отказ.

Несколько коротких очередей из крупнокалиберных пулемётов. Если наблюдательность меня не подвела, боеприпасы были немагическими, так как не было задачи истреблять монстров, а только раздразнить. Небольшая пауза и снова несколько коротких очередей. Потом ещё такая же серия и пауза. К выстрелам я уже начал потихоньку привыкать. И в этот момент в наушники грянул голос механика-водителя:

— Держись! — это был крик, вызванный необходимостью, а вовсе не страхом.

Все вцепились во всё, что возможно и упёрлись ногами в пол. В боевой машине нет ремней безопасности, чтобы не блокировать солдат в случае непредвиденных ситуаций. Техника шла на пределе возможностей, а нас болтало, как игральные кости в стакане. Ну, раз мы уматываем, значит, привлечь внимание удалось. Дожить бы до окончания манёвра, ничего себе не сломав. Уже раз двадцать сказал шлему спасибо.