К тому моменту, когда я уже готов был нанести свой удар, она попала одним из преобразованных щитов в светильник, и тот, ярко вспыхнув напоследок, полностью погас, погрузив этот участок коридора в темноту. И пусть соседние потолочные светильники уцелели, но когда у кого-то один большой глаз, то любые яркие вспышки и резкий переход из света во тьму должны бить ещё сильнее и болезненней.

Вот и тут наш противник инстинктивно отшатнулся назад, всё так же продолжая размахивать дубинкой сверху, тем временем я, нагнувшись, проскользнул над его очередным замахом. Дальше уже оставалось только встать в устойчивую позицию, и резко ударить мечом вверх, оставляя длинную рану на лице монстра. Он просто не успевал уследить за моей атакой, за что и поплатился своим глазом, окончательно погрузившись во тьму.

Лишив противника зрения, разделаться с ним стало уже гораздо проще. Конечно, он стал тут же размахивать своей дубинкой в попытке задеть меня, но я двигался быстрее, чем он предполагал, и поэтому успевал наносить удар за ударом. Насколько бы прочной ни была его кожа, но если раз за разом наносить удары по одной и той же точке, то рано или поздно добьёшься, что рана станет довольно серьёзной. Хорошо, что Медзи помогал мне и направлял руку так, чтобы мы попадали в одни и те же места и тратили на битву с синекожим минимум сил.

В конечном итоге мне удалось подрубить его связки на руках, и полукровка выронил свою дубинку, больше не в силах её удержать. Но вот добить его мне не дал его краснокожий напарник, который, даже несмотря на отсутствующую руку, не потерял боевой настрой.

Более того, разрез на руке уже успел зарубцеваться, а значит, и его товарищ может обладать чем-то подобным. Мне не хотелось бы начинать всё сначала, ведь его шкура действительно была сложно пробиваемой.

Но здесь хватило лишь парочки обманных манёвров, и вот голова краснокожего находится отдельно от тела. К этому времени синекожий пытался уже подняться на ноги, подтверждая мои худшие предположения, но я был рядом и, провозившись с ним ещё минуту, всё же смог нанести достаточно серьёзный урон, чтобы он отключился. К сожалению, убить его так просто не получилось, а пытаться и дальше, чтобы срубить голову и добить его окончательно — это значит потерять много времени. Может, и так помрёт после стольких ран в теле.

Мы здесь слишком задержались, а ещё неизвестно, что снаружи творится, тем более из самого подвала мы так и не выбрались, а значит, и связи все ещё не появилось, чтобы Светлана могла отправить сигнал моим бойцам. Неприятный, конечно, момент, что здесь глушилась связь, но и так было понятно, что местным работникам было что скрывать, так что такие меры не вызывали большого удивления.