Что показалось странным, дух не обнаружил на этом пространстве никаких датчиков. Меня это насторожило, и я послал его проверить окрестности, а сам стал осторожно двигаться к цели.

Меня подвела слишком хорошая маскировка. У противника оказалась какая–то модифицированная система наблюдения за поверхностью. Небольшое сотрясение почвы есть, а ничего необычного не видно. Похоже, система сработала автоматически и шарахнула по месту моего передвижения из бластерной установки. Щит всех стихий меня мог бы спасти, но разведывательная миссия сорвалась бы. Такой энергетический удар способен уничтожить поверхностную маскировку.

Интуиция почувствовала опасность за мгновения до удара. Сработал инстинкт, причём, похоже, не мой родной, а подаренный древними предками на алтаре метаморфов. Активировалась заложенная призраками древних возможность превращаться в тень. На самом деле это не совсем превращение, а частичный переход в какое–то альтернативное межпространство. Для меня мир стал призрачным, превратившись в полупрозрачный мираж, а для него я превратился в еле видимую тень. Дух переход заметил, лишь вернувшись ко мне.

(Дух: — Что это такое?

Рейн: — Подарок древних магов. Ох, кажется мне, мы будем разбираться с этими подарками очень долго. Очень уж довольная улыбочка была на губах последнего духа, когда он нам показывал некоторые подсказки. Ну что за вредность такая у этих призраков! Нет, чтобы пояснить, что это такое и с чем его едят. Так нет же — разбирайся сам.

Дух: — Вселенная накладывает ограничения. Ничего не поделаешь. Например — я хоть и дух, но не могу заглядывать в царство мёртвых. Похоже, и мёртвые не могут всё рассказать нам.)

Вспышка бластерного разрыва никак не ощущалась. Мигнул яркий свет и всё. Кругом лишь оплавленный камень, точнее его призрачное изображение.

Я осторожно двинулся вперёд. Состояние непривычное. Мираж обычного мира обладал некоторой вязкостью, тормозя моё движение. Поверхность превратилась в желе. Если я стоял на месте, то постепенно погружался в землю. Ходить удавалось, как по земле, так и по воздуху. Но в воздухе я проваливался вниз гораздо быстрее. Приложив некоторые усилия, можно бежать по воздуху даже вверх, как по ступенькам. Никакие системы противника на мои действия вообще не реагировали.

Добравшись до купола, я попытался утонуть в нём. Как ни странно, мне это удалось. Метровый слой металлопластика ничем не отличался от желе. Я, хотя и с некоторым усилием, но протолкнулся сквозь него. Такое приобретённое свойство мне уже нравилось.

Верхний уровень купола занимали помещения оранжерей, но даже здесь кое–где на дорожках располагались небольшие палатки десантников. Посёлок не рассчитывался на такое количество постояльцев. Похоже, заклинание морока и мираж пустого места продолжали работать, и системы наблюдения не видели даже тени. На всякий случай, прижимаясь к стенам коридоров, чтобы никто случайно не наткнулся на меня в проходах, я стал спускаться к центру управления посёлком. Демин снабдил меня отличной картой.