— А то, ну как тебе вчерашняя мыслительная презентация истории моего мира? — спросил Джорелл, также в ожидании этой приятной для него части дня.

— У вас потрясающая история, а что в итоге случилось с тем великим полководцем, который завоевал большую часть мира в столь юном возрасте?

— Александр? Он умер в возрасте тридцати двух лет от болезни.

— Какая досада, как же мало он прожил, просто немыслимо, но в тоже время, насколько насыщенной была его жизнь. Знаешь, Джорелл, порой я задумываюсь, а какой бы стала галактика, если бы что-то пошло иначе? Или же какой-то важный завоеватель остался в живых, — задумчиво сказал Илиан.

— Не ты один думаешь о таких вещах, — согласился с ним Джорелл.

— Вот взять, к примеру, вашего Александра. Если б он мог жить тысячелетия, кем бы он стал? Запомнила бы его история великим, или же он пал бы жертвой своих амбиций? За свою краткую жизнь, он совершил по-настоящему великие дела. Поверь, в нашем мире ты найдешь сотни таких же полководцев, но они никому не интересны, никому не нужны. Их заслуги меркнут перед их долгой жизнью. Каждый уверен, что любой болван может стать великим завоевателем, имея на плечах пару тройку тысячелетий для своей жизни. Понимаешь? В этом и есть прелесть жизни, успеть сделать многое за тот малый отрезок, отведенный тебе…

— Даже не знаю, Илиан, согласится ли с тобой кто-нибудь из ныне живущих людей по этому поводу. Видел бы ты, что творят некоторые из нас, дабы продлить свой краткий век хотя бы на мгновение… — Джорелл опустил взгляд, вспомнив, как он выполнял один заказ для богатого, но очень старого джентльмена. Илиан тут же разглядел в этом взгляде чувство вины. Он и сам часто сидит с таким взглядом, вспоминая былые «заслуги». В попытке срочно разрядить унылую обстановку, он растянул губы в улыбку и спросил:

— Ну, с какой темы начнем сегодня?

Джорелл тут же отвлекся от своих раздумий и ответил:

— Думаю, пойдем по порядку из того, что я знаю. От самых глубин нашей истории до сегодняшнего дня.

— Превосходно, а какие вопросы у тебя? Задавай любые, не стесняйся. Сегодня твоя очередь.

— И вправду, моя… В таком случае, у меня возник вопрос по поводу укрепления предметов илунием. Укреплять предмет можно до бесконечности, или есть все-таки предел?

— У всего есть предел.

— И какой же?

— Полторы тысячи процентов, однако, укрепить на такую величину очень тяжело. На каждый новый процент илуния нужно затрачивать куда больше ресурсов и, если объект велик, то затраты становятся поистине колоссальны. Зато, такой объект становится невероятно прочен. Даже обладателю шестнадцатого круга нужно будет потрудиться как следует, чтобы сломать его.