— Только вместе с тобой! — сказал он и направился к выходу из зала.

— Эй, отпусти меня, потный мужлан! — одновременно возмущалась и смеялась я.

— Потный мужлан? — повторил Влад. — Ты за это ответишь! А ещё ты должна мне за спасение.

— Спасение? Какое такое спасение? — не поняла я.

— Твоя рука, — пояснил он.

— Это был незначительный порез! — настаивала я.

— Незначительный? — переспросил Влад. — Остался бы шрам!

— А что, со шрамом я была бы уже не такой привлекательной для тебя? — тут я собиралась уже всерьёз обидеться.

— Шрамы украшают мужчину, а не женщину, — ответил он. — Как твой муж, я должен защищать тебя, в том числе и от шрамов, — с этими словами он занёс меня в ванную и поставил на пол.

— Ну всё, я проводила тебя, дальше ты сам! — улыбнулась я и развернулась, чтобы уйти. Но Влад снова остановил меня за руку:

— Не так быстро. Солнце уже село, так что…

Он щёлкнул пальцами — и моя одежда исчезла. Усмехнувшись, я развернулась и заметила, что Влад тоже был голый.

— Залезай! — скомандовал он, указывая на душевую кабину.

Послушно я зашла внутрь. Влад зашёл следом и закрыл за нами дверцу.

— Ладно, — произнесла я, включая воду.

Увидев, как капли чистой воды стекают по накачанному торсу мужа, я в предвкушении закусила нижнюю губу, но затем взяла себя в руки и сказала:

— Мы же здесь за тем, чтобы помыть тебя, — взяв мочалку, я налила на неё гель для душа, после чего стала аккуратно тереть ею грудь Влада.

Он смотрел на меня, не отрывая взгляд. Я тоже не могла оторвать взгляд от его глаз. Мне уже хотелось бросить мочалку и наброситься на него с поцелуями, но вместо этого я произнесла:

— Теперь спину!

Слегка усмехнувшись, Влад развернулся ко мне спиной. Я продолжила тереть его мочалкой, попутно любуясь шикарным голым телом.

«Широкие плечи, узкие бёдра, упругая задница», — мысленно описывала я тело мужа. На этот раз я не смогла сдержать порыв и, снова закусив губу, ущипнула его за задницу.

— Лили! — он резко развернулся.

— Прошу прощения, мой господин! Это был непозволительный поступок. Я заслуживаю сурового наказания! — неожиданно для себя выдала я.

— Хочешь поиграть в наложницу и султана? — сощурил глаза Влад.

— Я очень хочу быть вашей наложницей, мой господин! — продолжила я свою игру, прильнув к его груди. — И по-прежнему прошу для себя сурового наказания.

— Рад, что ты признаёшь вину, — он обхватил меня за талию и крепко прижал к себе. — Думаю, наказание ты действительно заслужила, — с этими словами он впился страстным поцелуем в мои губы. И почти сразу же я почувствовала, как его член пришёл в возбуждение. Опустив руку вниз, я провела по нему пальцами, а затем сжала в ладони. Внезапно Влад прервал поцелуй и резко развернул меня спиной к себе, слегка наклонив. Я упёрлась руками в стенку душевой кабины, слегка расставив ноги, и Влад без промедления вошёл в меня, придерживая за бёдра. Лёгкий стон сорвался с моих губ. Затем я улыбнулась и, закусив губу, принялась наслаждаться ощущениями, которые он дарил, двигаясь во мне. Но это было только начало. Вскоре его руки коснулись моей груди и стали стимулировать соски, проводя по ним пальцами вверх-вниз и по кругу, то сжимая и оттягивая их, то едва касаясь. Затем одна его рука начала медленно спускаться вниз по моему животу, пока его пальцы не достигли клитора. Одновременно с этим он надавил на мой таз, заставив меня сильнее прогнуться в спине и тем самым крепче прижаться к его бёдрам. Это увеличило глубину проникновения, а вместе с этим и мои ощущения, к которым добавилось ещё наслаждение от прикосновения его пальцев к клитору. Что он творил! То надавливал на клитор, то едва касался. Проводил пальцами вверх-вниз, из стороны в сторону, по кругу. Я стонала, громко, прикрыв глаза от удовольствия, периодически кусая губы. Я была полностью сосредоточена на своих ощущениях. Сейчас я испытывала тройное удовольствие! С одной стороны, с каждым движением его члена внутри меня нарастал жар, готовый вылиться в умопомрачительный оргазм. С другой — наслаждение в другой точке моего теле увеличивал и его палец, творивший что-то невероятное! А поглаживание сосков окончательно сводило меня с ума, усиливая и без того сильное желание. Я уже не стонала — я практически кричала: